Учителя истории школы № 163 поселка Октябрьский знают далеко за пределами учебного заведения. Лидия КОРШУНОВА, пожалуй, самый упоминаемый человек в ЗАТО Зеленогорск. Эта активная женщина и сама на месте сидеть не любит, и другим не дает. Она – организатор школьного музея, инициатор и активный участник краеведческих, геологических и палеонтологических походов-раскопок, командир местного поискового отряда, член общественной палаты Зеленогорска. И при этом – многодетная мать, счастливая жена и бабушка.
От Дона до Сибири
О себе Лидия Артемовна говорит:
– Я человек увлекающийся. С детства такой была, – а потом добавляет: – Секрет вам открою: до сих пор не знаю, сколько мне лет и когда я родилась.
Эта неопределенность не мешает ей всю жизнь летать, гореть и зажигать других. Коршунова уверена: все из детства – и увлечения, и жизнестойкость, и активность. Она приемный ребенок в семье. Ее удочерили в младенчестве.
Лишь 16 лет назад узнала, что есть у нее три сестры и другое имя, данное при рождении биологической матерью. Сестер по просьбе Лидии Артемовны отыскали сотрудники передачи «Жди меня».
Своих приемных родителей считает самыми близкими людьми.
Отец – кадровый офицер, прошел финскую и Вторую мировую войны, демобилизовался, работал комендантом советского гарнизона в Восточной Померании. Малышка в семье появилась, когда военного перевели на Дон – вторым секретарем горкома партии. С детства Лида пребывала в атмосфере не просто военной дисциплины, а почитания истории родной страны. Мама большая любительница собирать старые документы. В семье сохранились справки деда от 1937 года, в которых говорилось, что он батрак. Лида любила разглядывать семейные реликвии, написанные от руки химическим карандашом.
С трех лет девочка увлеклась авиацией. Буквально грезила самолетами, хотела летать. А когда родители решили определить шестилетнюю дочь в музыкальную школу, поступила в нее только потому, что увидела по телевизору фильм «Парень из нашего города». Летчика играл Марк Бернес, он пел и играл на фортепиано. Тогда мама заметила: «Видишь, летчики – всесторонне развитые люди». И Лида пошла осваивать аккордеон и фортепиано. Так и окончила Таганрогское музыкальное училище.
Но первое образование было все же летное. В 10-м классе поступила в Волгодонский аэроклуб. Сам Александр Покрышкин дал разрешение девочке на изучение теории и самостоятельные полеты. Сначала был Як-12, потом Як-18. До сих пор это любимый самолет Коршуновой. Она налетала 47 часов, совершила 12 прыжков с парашютом. После школы собралась уже поступать в Волчанское авиационное училище, но там закрылось отделение самолетовождения, а вертолет и планер Лида не признавала.
– Думала: год поработаю, потом буду учиться. Но тут папу перевели работать в Воронеж, и он предложил: «Поехали со мной». Мудро поступил, – улыбается женщина. – В Воронеже его друг работал деканом истгеофака местного педагогического института. Туда и пришли посмотреть, как живут студенты.
Отец прекрасно знал слабое место дочери: она не терпела сомнений в своих способностях. А папа подкалывал: «Слабо поступить в институт?» – «Мне? – загорелась Лида. – Да запросто!» Выбрала историю и отлично сдала экзамены. Факультет оказался уникальным – в те годы только пять таких работало по стране – история с правом преподавания иностранного языка, литературы, географии. Но девушке было на нем скучно, параллельно поступила в медицинский вуз. И получила два образования разом – учитель истории и врач-терапевт. Год поработала медиком и ушла в педагогику. Да так и осталась в ней на всю жизнь.
– В 1985 году пришла в школу и осталась, – рассказывает Лидия Артемовна. – Моя первая – в поселке Шахтерском в Белокалитвенском районе недалеко от Ростова-на-Дону. Здесь расположен музей «Баян». И я окунулась в музейную деятельность…
Этой школе Лидия Коршунова отдала десять лет. А потом пришлось переехать – умер папа, мама осталась одна, и дочь (к тому времени уже замужем и с детьми) поехала к ней в город Морозовск в 200 км от Волгограда. Еще десять лет в образовании. А в 1995 году началась первая чеченская война.
В военном городке располагалась авиационная база, отсюда совершались вылеты в район Грозного. Населенный пункт быстро оказался на военном положении, на улицах появились усиленные наряды, стали привычны люди с автоматами, стоящие у входа в школу.
– 20 ноября в отдел народного образования, где я работала инспектором, позвонили и сказали: школу военного городка распускают. Получено сообщение, что на Морозовск идет вооруженный отряд боевиков, – рассказывает Лидия Артемовна. – Начиналась эвакуация.
Три дня семья сидела на чемоданах. Ночью супруги выходили на улицу и слушали, как недалеко идет бой, летают самолеты, раздается стрельба. Тогда-то муж и предложил: «Едем ко мне на родину».
Вот так – с тремя детьми – Коршуновы приехали в Красноярский край, где у них родилось еще двое детей.
История на новом месте
Лидия Артемовна говорит: ей всегда трудно дается решение о смене работы. Прикипает к школе, коллегам, к детям.
После переезда ей пришлось строить жизнь заново. Пошла работать в деревенскую школу (под Зеленогорском) учителем и взялась изучать историю нового места жительства. А как без знаний местных традиций и особенностей преподавать предмет?
Зеленогорские деревни оказались благодатным местом. Жители хранили у себя в домах несметные богатства с точки зрения историка – старинные предметы быта, книги, иконы. Эти вещи стали первыми экспонатами школьного музея.
Сегодня учитель истории с удовольствием демонстрирует поистине уникальные вещи – тяжелые утюги, осколки настоящей сахарной головы, кованый сундук, овальный стакан турецкого стекла, 300-летнюю икону Вседержителя и массу других ценных, собранных школьниками вещей.
– У нас традиция: что в доме ненужное, не выбрасывается, а приносится в музей. Здесь мы уже определяем ценность вещи.
За девять лет школьный музей разросся. Здесь работает зал быта местных крестьян, выставка минералов и останков древних мамонтов, носорогов, найденных школьниками в многочисленных походах и экспедициях под руководством учителя истории. Есть раздел, посвященный Великой Отечественной войне. На стендах ржавые каски, гильзы, искореженные солдатские фляжки и оплавленные куски железа от ленд-лизовских самолетов, потерпевших крушение в сибирской тайге.
Первым делом самолеты
Поисковая работа – особая страсть учительницы. Занимается этим с детства (благодаря военному прошлому семьи). В Ростовской области на памятниках погибших воинов несколько десятков фамилий, установленных Коршуновой. Но в Сибири воплотились в жизнь две ее страсти – авиация и поиск артефактов. В годы Великой Отечественной войны на территории Красноярского края потерпели крушение 55 самолетов, перегоняемых из Америки в СССР. Первый поход в район падения в устье реки Рыбной (приток Кана) состоялся в 2010 году. Затем находили истребители, погибшие под Канском, Иланским, Зеледеево, станцией Кача.
– Мне говорят: они тебя сами ищут, – улыбается Лидия Артемовна. – Самолеты стали моей основной темой. Ведь любовь к авиации никуда не уходит. А для нас главное – не просто поднять погибший борт, но и установить личности пилотов.
За годы работы красноярских поисковиков отряд Коршуновой показал наилучшие результаты в крае: поднято шесть самолетов, найдены родственники четырех экипажей. Кроме того, в поселковой школе работает проект «Возвращение». Ребята восстанавливают боевой путь погибших на войне прадедов, разыскивают места захоронения. А каждое лето отправляются под Ржев, где воевала 78-я добровольческая бригада, поднимают останки погибших солдат. Эта работа была отмечена в год 70-летия Победы. Лидия Коршунова получила медаль президента «За вклад в сохранение истории и патриотическое воспитание подрастающего поколения».
В поисковый отряд охотно принимают всех – и успешных, и трудных ребят, не нашедших себя в школе, социуме. Преподаватели говорят: это не просто хорошая школа воспитания подростков, здесь мальчишки и девчонки учатся работать в команде, подставлять плечо другу, если ему тяжело. А Лидия Коршунова отмечает: за этих ребят спокойна. Они не просто патриоты, это настоящие граждане своей страны.
