«Спасение утопающих – дело рук самих утопающих!» Эту бессмертную фразу, придуманную Ильфом и Петровым еще 90 лет назад, смело можно писать аршинными буквами на баннерах и размещать их вблизи водоемов, в которых купаются наши граждане. Потому что в данном случае ее следует понимать буквально.
Если ты сунулся в воду не зная броду, если полез купаться пьяным или решил пересечь на утлой лодке Красноярское водохранилище в шторм, не имея даже спасжилета… то надеяться на помощь профессиональных спасателей по меньшей мере наивно. Они-то, конечно, постараются, если только успеют. Но чаще всего, когда человек не хочет спасать себя сам, не думает головой, не рассчитывает собственных сил, то часто им приходится доставать из воды уже тело.
Это не страшилки, а обыденная реальность нашей жизни. По данным МЧС России, каждый год в водоемах страны находят свою смерть от 10 до 15 тысяч человек. Цифры, сопоставимые с потерями СССР за 10 лет Афганской войны, согласно официальным данным.
Чаще всего несчастные случаи на воде, сообщает МЧС, связаны с купанием в необорудованных местах, катанием на лодках и других плавсредствах. 70 % утонувших были в состоянии алкогольного опьянения. Главная причина гибели детей на воде – безнадзорность. Летом не проходит, пожалуй, и недели, чтобы в крае не утонул хотя бы один ребенок. На прошлых выходных в Курагинском районе утонул полуторагодовалый мальчик. Ребенок был с матерью. Она пришла на пруд вместе с детьми и знакомыми мужчинами. На какое-то время «отвлеклась», потом оглянулась, а ребенка нет.
Пару недель назад на Казыре перевернулся плот с туристами. Один из них погиб.
Девять человек утонули в крае только за два выходных – 11–12 июня. Среди них два ребенка. В воде они тоже были без присмотра взрослых…
Такие новости появляются каждое лето с пугающей регулярностью. Можно, конечно, сказать, что все в руках Господа, что есть какой-то рок, что несчастные случаи всегда были и будут – люди тонули во все времена. Но ведь береженого бог бережет. Зачем подыгрывать «року»?
Недавно едем с сыном по дамбе мимо «мясокомбинатовского» озера. Там стоит табличка, которую нельзя не заметить: «Купание в водоеме запрещено!» В пруду как ни в чем не бывало плещется народ. Сын спрашивает:
– Зачем они это делают? Написано ведь…
– Эх, Саша… Если б у нас все делали только то, что разрешено, и не делали того, что запрещено, то мы жили бы в идеальной стране. Короче, дураки. Если не утонут, то какую-нибудь заразу подхватят – не зря, наверное, эта табличка здесь установлена.
Рассказал ему, как досталось мне от отца лет в 14. Были у нас рядом с деревней два озера, соединенные протокой. А в ней – течение и глубина. Ну, мы с моста в эту протоку и прыгали. Метров с семи, вниз головой. А тут отец едет по мосту. Остановился, дождался, когда я выйду на берег, и всыпал по первое число – он не разрешал мне там купаться. Потом объяснил, что такое топляки:
– Там же течение, которое может нести из одного озера в другое что угодно – бревно, доску. Причем они будут сырые, тяжелые – такие обычно плавают под водой, сверху их не видно. Ударишься об это бревно головой – и перелом шейных позвонков.
Я пытался возражать:
– Так я же сто раз уже прыгал в этом месте. Другие – тоже. И ничего.
– Да хоть сто, хоть тысячу. Головой-то ты ударишься всего один раз. Когда прыгнешь в тысячу первый. Те, кто сломал шею, тоже до этого тысячу раз прыгали…
Запомнил на всю жизнь это правило «тысячу первого раза».
Потом, когда мать дежурила на городском пляже как медработник, насмотрелся на утопленников. Молодые, здоровые парни, погибшие ни за понюшку табака. Заплыл за буйки – а там течение, глубина, вода холодная. Ногу свело и… ага. Дунай – река серьезная. Или пьяными в воду лезли, не умея плавать. Течением подхватило, запаниковал, испугался… тот же результат. Горе в семьях.
Пьяных, которые устраивают дальние заплывы, еще и соревнуясь друг с другом, кто быстрей озеро переплывет, вообще бы штрафовал безжалостно и на большие суммы. Как за вождение в нетрезвом виде. Жаль только, к каждому купальщику полицейского не приставишь.
Поэтому, как ни крути, спасение утопающих – дело рук самих… Для этого надо совсем немного – не превращаться в радостного безмозглого гиббона, влекомого инстинктами, как только увидел водоем и разделся до плавок.
