Приближение скорбной даты 22 июня возбудит, как водится, споры о Сталине, о его роли в войне и вообще в российской истории.
Предвидеть это легко, поскольку говорят о нем в последнее время все чаще и без всякого повода – точнее, поводом стали все глобальные перемены последних полутора лет. Но по большому счету и они, эти перемены, отражают лишь часть перемен. Сталин с нами всегда, он неотступно сопровождает нас на протяжении двух приключенческих десятилетий и до сего дня. Как видим, державный подъем в сознании масс без этой персоны обойтись не может, хотя и не сводится единственно к ней. Точно так же невозможно было без Сталина, когда державное сознание топили, вытравливали, морили и вообще изводили всячески. В последнем случае он представал как чудовище, творец и хозяин Мордора, в первом – если не гений всех времен, то как минимум мудрый руководитель, человек железной воли, который – что сейчас особенно приятно сознавать – плевал на мнение всяких «англичан-американцев». Вывод: без Сталина нам никак. Призыв искать золотую середину пока эффекта не дает.
А какой, спрашивается, тут может быть эффект? Ну, скажем, такой же, какой доводилось видеть в Китае начала 90-х. Пока едешь по Пекину до площади Тяньаньмэнь, сопровождающий китайский товарищ в жутких подробностях рассказывает тебе об ужасах культурной революции в частности и печальном наследии маоизма вообще, а когда приедешь – увидишь на Вратах Небесного Спокойствия огромнейший портрет того самого персонажа, чьи жуткие дела тебе только что описали, и спрашиваешь в недоумении: как это понимать? Так и понимать, говорит сопровождающий товарищ, что Мао чуть не погубил Китайскую Народную Республику, но он же ее и создал. Чуть позже, дабы «длинноносые варвары» не приставали с подобными глупостями, а также для внутреннего потребления, в Поднебесной изобрели формулу «30/70»: первая цифра означает плохие дела Великого Кормчего, вторая – хорошие. Недаром Всеволод Овчинников называл китайцев немцами Азии – у них все рассчитано, расписано, разграфлено, в том числе моральные уроки истории.
А вот итальянцы совсем не немцы (слышал, даже недолюбливают их), но пройдешь по торговым рядам в Римини и видишь – салфеточки, фартучки, чашечки, кухонные доски, бутылки с вином, брелоки, полотенца – и везде физиономия Муссолини. И опять спрашиваешь недоуменно: как же так, вы ж его заклеймили как диктатора, убили, вместе с Кларой Петаччи вниз головой повесили, а теперь что? Ну да, повесили, заклеймили, говорят итальянцы, но вы видели тут неподалеку полуразрушенные корпуса? Это пионерлагеря, их Муссолини строил, чтобы дети бесплатно отдыхали. Да, он диктатор, втянул Италию в войну, столько людей погубил, но именно при нем начали платить пенсии, пособия по безработице, по уходу за ребенком, т. е. появилась социальная защита, о которой государство до него даже не помышляло, а для нас, нации заядлых профсоюзников и забастовщиков, эти вещи принципиально важны. Так что пусть будет на тарелочках…
Представить себе что-то подобное в России трудно, поскольку у нас нет такого математического (как у китайцев) и такого философски-рассудочного (как на Западе) отношения к истории: она для нас такая же современность, как и сегодняшняя пятница. Один французский профессор удивлялся: для нас франко-прусская война – далекое и неактуальное прошлое, а у вас можно по лицу получить за оскорбление героев Куликовской битвы. Да, можно… Так уж мы устроены. Путь от душевного подъема до угара в наших краях короток. Еще недавно рвали волосы над «страшной правдой о войне» и ГУЛАГе, потом как-то понемногу стало доходить, что при Сталине 200-миллионное население СССР занималось не только тем, что сажало и пытало друг друга, и то, что «немцев трупами завалили», мягко говоря, не совсем правда… Так бы и светлеть умом, но опять несет куда-то не туда. В Брянске со скандалом закрывают уникальную фотовыставку «Брянщина в объективе войны» – там были представлены снимки периода оккупации, сделанные немцами: на некоторых фото есть улыбающиеся дети: тамошняя патриотическая организация посчитала это оправданием фашизма (где горы трупов?), и в итоге истерика взяла верх над историей.
А в Тверской области – тоже истерика, но другая: в селе Хорошеве собрались открыть музей в избушке, где в 43-м останавливался приехавший на фронт Сталин. Но местная пресса подняла вой («Музей зла», «Обитель тирана» и пр.), и тамошний «Мемориал» выступил с заявлением «О попытке возрождения культа личности» – короче, подвис музей… Но, судя по росту заявок на памятники вождю и самих памятников, перспектива у музея есть.
То, что Сталин – неотъемлемая СЮЖЕТНАЯ часть российской истории (которую, кстати, не он один творил), до нас не доходит: до одних – например, профессиональных десталинизаторов и их идейных антиподов – по чисто корыстным мотивам; до других – по недостатку знаний и вообще в силу особенностей мозга. Поэтому безвредного Сталина на бутылках и тарелках мы не увидим.
