Фото из архива благотворительного фонда "Счастливые дети" Сейчас в крае около трех тысяч сирот. К сожалению, не все они попадут в приемные семьи – в детских домах много подростков, как раз их усыновители берут неохотно. Очень сложный период взросления у этих ребят приходится на детдом, в котором, как бы того ни хотелось, сложно строить доверительные отношения со взрослыми, трудно находить новые социальные контакты и в принципе учиться новому. Результатом становится страшная статистика: 90 % выпускников детских домов не доживают до 40 лет, 40 % связываются с преступным миром, 10 % заканчивают жизнь самоубийством. Но эту ситуацию можно хотя бы попробовать исправить, считают в благотворительном фонде «Счастливые дети».

«И дружба, и все на свете»

В небольшом зале краевого центра поддержки общественных инициатив понемногу собираются люди. Женщины разных возрастов, в основном молодые, рассаживаются полукругом и ждут – через несколько минут здесь начнется собрание потенциальных участников проекта «Детский дом: наставники и репетиторы». Этот проект, запущенный вместе с началом работы благотворительного фонда «Счастливые дети», – большая удача и настоящая находка нашего края. Аналоги существуют в Москве и Санкт-Петербурге 15 лет и в Новосибирске – как и у нас, около четырех лет. Вся остальная территория России – пустыня, в которой к детям из детских домов приходят, только чтобы подарить конфеты на праздники.

Программа наставничества – одна из первых в фонде «Счастливые дети», ее курирует Василина Степанова. Личная история Василины, связанная с детским домом, началась в 2011-м, когда фонда еще не существовало. Тогда студентка третьего курса филфака отозвалась на зов инициативной группы – в детском доме были нужны репетиторы по русскому языку.

– Я отозвалась на него, пришла в детский дом и обнаружила, что инициативной волонтерской группы уже нет, – вспоминает она. – А детей было много – и, кроме русского, им хотелось много чего еще. В первую очередь общаться. Я приходила с распечатками на пять человек, а прибегали еще 20 и говорили: мы тоже хотим. Постепенно пришлось привлекать друзей и знакомых, так появилась стихийная волонтерская группа.

Сейчас наставничество – это не совсем репетиторство. «Совсем не репетиторство», – поправляет Василина. Для детей важны не столько знания, сколько внимание. Пока в ребенке никто не заинтересован, он не чувствует, что кому-то нужен, он не будет развиваться. В детском доме, где мало воспитателей и много детей, даже самые замечательные сотрудники это чувство не могут сформировать. У них физически не хватает на это времени. И тогда на помощь приходят наставники из фонда.

– Наставник – это заинтересованный личный взрослый, только твой, – поясняет Василина. – Он работает с одним ребенком, хотя это не совсем работа – это и дружба, и все на свете.

Наставник – не потенциальный усыновитель

Пока мы общаемся с Василиной, подходит время начала собрания. В этот раз на него пришли 11 женщин. Так, по наблюдениям сотрудников фонда, чаще всего и бывает: сейчас в программе 91 волонтер, мужчин – единицы. Есть студентки, работающие, мамочки в декрете, многодетные, бездетные, предпенсионного возраста – абсолютно разные люди. Общее одно – желание общаться с детьми из детского дома.

Для волонтеров есть формальные требования: возраст от 18 до 60 лет, отсутствие судимости; здоровье должно позволять посещать детские учреждения. Но намного важнее другое: у человека должно быть свободное время, чтобы приходить в детский дом не реже раза в неделю по три часа. Кроме того, для волонтера важна эмоциональная устойчивость: воспитанники детского дома – это люди в ситуации утраты. Утраты семьи, привычного окружения, образа жизни. Нужно быть готовым воспринимать это адекватно. Поэтому в конце каждого собрания проводится развернутое психологическое тестирование – и часть людей отсеется после него. А сейчас на экране идет видео о наставничестве. В кадре взрослая женщина гуляет с девочкой-подростком. Они вместе читают, качаются на качелях, делают уроки. Обе улыбаются, чувствуется, что искренне.

– Очень хорошо, если удается поднять ребенку самооценку, – рассказывает в ролике наставник Оксана. – Мы находим в Интернете разные конкурсы, викторины и принимаем участие. Приходят важные для ребенка сертификаты, грамоты. Он получает признание – для детдомовца это очень важно.

Сложно описать, что именно делает волонтер. Учит с ребенком уроки, читает книги, ходит с ним на выставки и в кино – занимается всем тем, что в отчетных документах прячется за безликой «социализацией». Василина любит рассказывать трагикомическую историю о воспитаннике, который после посещения зоопарка пытался доказать своим друзьям из детского дома, что жирафы существуют. А 10-летние мальчишки и девчонки не верили – они думали, что это фантастическое существо из мультиков.

В программу принципиально не берут потенциальных приемных родителей. Сотрудники фонда считают, что это небезопасно и для ребенка, и для взрослого. Ребенок будет надеяться, что его заберут, а наставники не имеют доступа к конфиденциальной информации – медицинской, семейной, не знают о наличии братьев и сестер. Может получиться так, что взрослый привязался к ребенку, а диагноз такой, к которому человек не готов. И тогда он чувствует себя ужасно, а про ребенка и говорить не приходится.

– Дети очень чуткие, они начинают думать, что с ними что-то не так, – делится Василина. – Они думают: я настолько плохой, что никому не нужен.

Но, как всегда, исключения из этого правила есть – несколько наставников усыновили своих подопечных.

«Можно я буду к тебе приходить?»

У работников фонда есть своя статистика: из 10 человек, пришедших на первое собрание, до детского дома дойдут 1–2. И это неплохой результат.
Волонтеров всегда не хватает, хоть и не каждый ребенок хочет, чтобы у него был наставник. Наставники меняются, но есть и те, кто работает с 2011 года. Многие сохраняют контакт с детьми даже после того, как те покинули детский дом.

– Я хорошо помню свою первую девочку, ей было 13, мне – 19, – вспоминает Василина. – Я быстро оформила для нее гостевой режим: забирала на выходные и каникулы. У нас сложились теплые отношения. Ее забрали в приемную семью в другой город, но мы общаемся до сих пор, у нее уже есть ребенок. Наставничество – это такая долгая история. Ребята, даже у которых ты не был наставником, пишут, звонят, хотят прийти в гости. И для них очень важно, что ты готов их принять. Вот эта фраза – «Можно я буду к тебе приходить после выпуска» – очень важна.

В фонде есть программа сопровождения выпускников детских домов – тоже одна из важнейших. Сейчас в «Счастливых детях» работает мощная команда психологов, которая поддерживает волонтеров, помогает им преодолевать кризисы, разбираться в «психологии сиротства». Интересно, что многие пришедшие в фонд остаются в нем надолго, меняют свою жизнь, работу. Меняются сами.

– За время работы с ребятами в детском доме я научилась принимать людей, – делится в конце нашего разговора Василина. – Мы всегда чего-то ждем от человека. Есть его образ, роль, ожидаемое поведение. С детьми это совсем не работает. Ребенок в детском доме – загадка, которая будет удивлять бесконечно.

Справка

На все возникшие вопросы потенциальным волонтерам ответят по телефону 215-06-15. Истории наставников можно почитать на сайте фонда «Счастливые дети»

Автор: Анна Павлова     № 36 / 1019

Комментарии:

Все поля обязательны для заполнения