Меню Поиск
USD: 75.03 -0.16
EUR: 88.95+0.32
№ 33 / 1211

А важно ли помнить даты?

Фото Олега Кузьмина Несколько лет назад информационное агентство «Военное.РФ» задалось целью выяснить, что знают о Великой Отечественной войне школьники северной столицы страны.

Ученикам предложили четыре вопроса. Дата начала Великой Отечественной. Дата окончания Второй мировой. Название хотя бы одного концлагеря. Год Куликовской битвы. Последний вопрос предназначался для учащихся, совсем уж трудных в смысле знания истории.

Потери на пути к объективности

Результаты ошарашили исследователей. В первой школе лишь 7 процентов ответов оказались правильными. Во второй – 27 процентов, в третьей (а это был математический лицей) – 30.

Подобные примеры не единичны. И, конечно, они шокируют представителей старших поколений, которые учились в советской школе и помнят, как объемно и подробно подавалась в то время история Великой Отечественной.

Возникает резонный вопрос. Проект поправок в Конституцию включает и норму о недопустимости фальсификации истории. А как реально это исполнять, если «племя младое» истории-то и не знает?

Многие грешат на сегодняшние учебники. Мол, написано там о войне мало и не так, как надо. Доля истины в этом есть. Возьмем, к примеру, рекомендованный Минобром учебник для 11-го класса общеобразовательной школы, созданный коллективом авторов под предводительством О. В. Волобуева. Учебник охватывает период истории России с начала XX века до сегодняшних дней. Его объем 352 страницы, из которых 38 посвящены Второй мировой войне и 32 – собственно Великой Отечественной. Для сравнения, в учебнике 1980 года под редакцией М. П. Кима период от 22 июня до разгрома гитлеровской Германии описывается на 80 страницах. Плюс еще 7 – о разгроме империалистической Японии.

Но дело даже не в количестве. А в том, что в современном учебнике, по-своему весьма информативном (авторы включили сюда военные действия и в Северной Африке, и на Тихоокеанском театре), нет Гастелло, Матросова, Космодемьянской. Нет заставы лейтенанта Лопатина и обороны Брестской крепости.

А без всего этого рассказ о великой войне мало чем отличается от повествования о любой другой – да хоть бы о Тридцатилетней.

Почему это произошло – понятно. Преподавание истории в советскую эпоху было идеологически ангажированным. А потому школьникам много говорилось о роли партии и правительства, но ничего – о секретных протоколах к пакту Молотова – Риббентропа.

Новые времена с энтузиазмом восприняли ревнители «объективного» взгляда на историю. И появились учебники, сухо излагающие факты либо представляющие плюрализм мнений. Который может очень далеко завести, хотя бы потому, что сегодня очень многие лелеют надежду пересмотреть итоги Второй мировой.

Время расставляет акценты

Впрочем, стоит ли винить во всем авторов школьных учебников? Директор красноярской школы № 10, в прошлом спикер городского совета депутатов, Татьяна Казанова считает, что пособия здесь – дело десятое.
– Наверное, эта проблема есть, и это проблема страны, а не конкретной школы, – считает она. – Но про свою школу я этого сказать не могу, потому что у меня очень хорошие учителя истории – разноплановые, разновозрастные. Есть дипломированные политологи, преподаватели, которые ведут различные дискуссионные клубы. Поэтому, несмотря на то что у нас школа с математическим уклоном, наши ученики ежегодно занимают призовые места во всероссийских олимпиадах и конкурсах по истории.

Конечно, можно критиковать современные учебники. И не только по истории. Есть очень много претензий к учебникам по литературе. Недавно я купила учебник Флоринского, по которому училась сама, и теперь показываю всем и говорю: вот каким должен быть настоящий учебник. Но я все же считаю, что главное – не книга, а учитель. Если он обладает необходимыми знаниями и хочет донести их до ученика, ничто не помешает ему это сделать. А если не получается, то пенять на учебник – то же самое, что и на зеркало.
А еще, считает Татьяна Казанова, очень важна живая традиция – встречи с ветеранами, которых одинаково ждут и младшие, и старшеклассники. Помощь последним живым свидетелям войны. История тогда становится близкой, когда ее можно потрогать.

И не стоит слишком строго судить сегодняшних школьников, сравнивая их со сверстниками из СССР. Надо понимать: в советское время Великая Отечественная еще не воспринималась как история. В год полета первого человека в космос тем, кто встретил войну 18-летними, не исполнилось еще и сорока.

Огромное количество людей хранили личные воспоминания о войне, и эта живая память передавалась тем, кто родился после или был слишком мал, чтобы ее запомнить. Эта колоссальная пережитая страной трагедия подпитывала искусство – о войне писали книги, снимали фильмы. Причем и писавшие, и снимавшие в большинстве своем сами прошли через войну.

Сегодня в массовом сознании остались лишь шедевры литературы и кино о войне, и мы уже не помним, насколько огромное место эта тема занимала и в искусстве, и в общественной жизни. Ведь война была гораздо ближе, чем сегодня.

И еще одно. Советские школьники лучше, чем нынешние, знали и героев Великой Отечественной, и ход боев. Но если бы им задали вопрос о датах начала и окончания Первой мировой войны, вряд ли результаты существенно отличались бы от результатов исследования «Военное.РФ». А ведь Первая мировая оказала на исторические судьбы России столь же колоссальное влияние, что и Вторая. И сегодня мы пытаемся восстановить в правах войну, которая справедливо названа «забытой», несмотря на то что Россия понесла в ней наибольшие потери среди воевавших стран.

Говорят, большое видится на расстоянии. Но расстояние стирает краски и эмоции. Как «оживить» события 75-летней давности, не впадая в китч, не ляпая халтурку на благородную тему?

То, что не забудется

Первый путь – тот, о котором сказала Татьяна Казанова, – живая традиция. Да, свидетелей войны, к сожалению, все меньше, но есть семейные истории. Есть «Бессмертный полк». И, наверное, не так уж страшно, если ты ошибаешься в датах, но гордишься своим прадедом в военной форме.

Есть и второй путь. Он всецело в руках преподавателя истории. Мы не подвергаем сомнению фразу «История не знает слова «если». А зря. Многие специалисты полагают, что альтернативные версии помогают лучше понять смысл исторических событий. Что было бы, если бы мы проиграли эту войну? Для понимания этого вовсе не обязательно детально разбирать план «Ост». Достаточно просто познакомиться с хорошо налаженной машиной уничтожения, которая называлась Треблинка-2.

И тогда многое становится предельно ясным. Например, почему нельзя было сдавать Ленинград. Почему в Сталинграде надо было биться за каждый дом, даже если он представлял собой лишь груду развалин. И главное – от чего всех нас спасли те, чьих имен мы, быть может, никогда не узнаем.

И понимая это, мы, может быть, поймем, что 9 Мая – не повод, чтобы носиться на немецкой иномарке с надписью «На Берлин!», а повод поблагодарить всех, кто вынес на своих плечах тяжесть Великой войны. За нашу жизнь.

№ 33 / 1211

Комментарии:

Добавить комментарий

Все поля обязательны для заполнения

Свежий выпуск

Видео