25 % мировых запасов древесины сосредоточено от Калининграда до Камчатки. Однако удельный вес страны в производстве продуктов из лесного сырья составляет 1–2 %. Наше богатство продолжает оставаться лишь возможностью его получить.
Требуется перезагрузка
Проекты в области освоения и переработки леса в крае у всех на слуху: производство модных пеллет, выпуск качественных пиломатериалов и мебели. Но развитие отрасли идет больше на бумаге, в оптимистичных отчетах. Вся модель управления лесопромышленным комплексом признана неэффективной. За отдельными успехами стоят глубокие системные проблемы, которые необходимо решать кардинально, меняя подходы и расставляя новые приоритеты. Курирующий отрасль заместитель председателя Правительства РФ Александр Хлопонин на заседании Госсовета по развитию лесного комплекса, который прошел недавно в Красноярске, оценивая ситуацию, выразился однозначно: «ниже падать некуда». Но уверил, что с нулевого уровня (читай – с чистого листа) будет легче стартовать вверх. Преимущество отрасли заключается в том, что лес – возобновляемый ресурс, в отличие от нефти или газа. Поэтому начинать нужно с лесхозов, которые защищают «наше богатство».
Поменять условия
На Госсовете прозвучали данные о том, что 70 % всех зданий, где располагаются конторы лесничеств, – старые развалюхи. Лесникам скоро офисом станет пушистая ель. Александр Остапченко, заместитель руководителя Таежинского лесничества Бирилюсского района, рассказывает, что средняя зарплата работников – 12 тысяч рублей. Приток молодых специалистов отсутствует, по крайней мере, в Таежинский давно никто не приходил устраиваться. Лет пять. Остапченко сетует, что не только о кадрах, но и о высокопроходимой технике, теплых вагончиках для людей приходится только мечтать:
– В лес не на чем ездить. Наша территория – десятки километров бездорожья. Как завезти рабочих для посадочных работ? Раньше в нашем парке и бульдозеры были, и танкетка, сейчас все передали пожарной части, ничего не осталось.
Больной вопрос – лесопользование. Поправка в Лесной кодекс РФ, фактически отменяющая договоры купли-продажи лесных насаждений или краткосрочное лесопользование, существенно ограничила доступ малого и среднего бизнеса к лесу. Предлагается либо аренда минимум на 10 лет, либо муниципальный контракт. Мы вынуждены обходить эти правила, чтобы дать возможность выжить малому бизнесу. Зарплаты не выдерживают критики. Лесничие, водители, сторожа получают минималку – 12 тысяч рублей, инженеры – по 14 тысяч. Какие тут могут быть перспективы? С посадочным материалом проблем нет. А проводить посадочные работы вынуждены вахтовым методом: заезжаем в мае, в лесу еще лежит снег. Всю вахту лесничие прозябают в палатках. Теплые вагончики – мечта. Несбыточная, наверное.
Не наломать дров
Проблемы копились годами. В одном из интервью двухлетней давности спикер краевого парламента Александр Усс, рассуждая о диверсификации краевой экономики, констатировал, что говорится об этом давно и много, а реальных сдвигов нет:
– Возможно ли этого добиться? На мой взгляд, да. Возьмем лесную отрасль. В Иркутской области доходы от нее составляют серьезную долю в бюджете. Наши же дела обстоят далеко не блестяще. Крупнейшие инвестиционные проекты в этой сфере реализуются не идеально, а некоторые откровенно провалены. В состоянии, близком к банкротству, находится Сосновоборский фанерный комбинат. Компания «Ангара Пейпа» взяла в аренду огромные лесные участки, беззастенчиво их эксплуатирует, не платит арендные платежи и предлагает по всему миру то, что ей не принадлежит.
Сегодня ситуация только усугубилась.
По данным Минпромторга, бюджет поддерживает 120 приоритетных лесных инвестпроектов на сумму более 369,5 млрд руб. У всех – проблемы с реализацией, так же как и в случае с краевыми инвестпроектами в области освоения лесов. Часть не вышла на заявленную мощность, часть срывает сроки запуска, не платит арендные платежи, не проводит мероприятия по защите и воспроизводству лесов. Участники Госсовета отметили обидный перекос: в условиях мощной господдержки ЛПК выпуск продукции не только не растет, но и по ряду направлений снижается.
Решить системные проблемы
Между тем лес – это бездонный кладезь, способный приносить высокий доход. Например, грамотная лесная политика при активной роли государства вывела лесной сектор в экономике таких стран, как Финляндия, Швеция, Канада, на уровень более 10 % ВНП. Лесопромышленный кластер Финляндии дает 40 млрд долларов выручки, примерно половина выручки российской газовой отрасли. В России лесная промышленность приносит 28 млрд долларов (всего 1 % ВВП). Реальный вклад отрасли в экономическое развитие страны не адекватен ее потенциалу. Между тем именно в Сибири сосредоточена треть лесных ресурсов страны. Мы первые могли бы разбогатеть, вместо этого грустно считаем недоимки. Только ущерб от незаконных рубок составил более 1 млрд рублей. Как подчеркнул губернатор Виктор Толоконский, для Красноярского края решение проблем в данной отрасли имеет особую значимость. Ведь лесное хозяйство – это не просто сектор экономики, это жизнеобразующая сфера для большого количества населенных пунктов, это рабочие места, будущее для многих наших граждан. Глава региона вместе с вице-премьером Александром Хлопониным и членами правительства страны готов вместе работать, чтобы решить системные проблемы и наметить ясные перспективы развития и роста лесного комплекса.
Первым шагом к перезагрузке лесопромышленного комплекса страны станет окончание ведомственной неразберихи. Вице-премьер Александр Хлопонин отметил:
– Складывается ситуация, когда отдельные ведомства очень четко выполняют свои обязанности, но в целом не решают проблем развития отрасли. Минприроды, Минпромторг, Минстрой, Минтранс – взаимодействия нет. Мы делегировали полномочия регионам, а они не могут их выполнять.
Единая стратегия развития лесного комплекса получит горизонт до 2030 года. Разбег взят не случайно, как раз для того, чтобы выполнить глобальные задачи.
Начать с главного
Иван Валентик, заместитель министра природных ресурсов и экологии РФ, сформулировал несколько направлений действий по возрождению лесного комплекса:
- интенсификация лесопользования;
- развитие лесных дорог;
- импортозамещение лесозаготовительной и деревообрабатывающей техники;
- расширение внутреннего рынка потребления лесобумажной продукции;
- кадровый потенциал и формирование новых профессиональных стандартов.
За каждой строчкой стоят почти невероятные планы. Как, например, вооружить заготовителей и переработчиков отечественной техникой, если в России не осталось лесного машиностроения? Александр Хлопонин очень удивился, узнав, что «Краслесмаш» канул в Лету. Он помнит: завод производил востребованное оборудование для лесопромышленного комплекса, а сейчас в регионе, как, собственно, и во всей стране, 98 % лесной техники составляет импорт, причем б/у, довольно изношенный. Это плохо.
В феврале, на следующем заседании Госсовета, его участники будут обсуждать дорожную карту развития отрасли, то есть конкретные предложения и поручения.
