Доктор, я вижу!

Доктор, я вижу!

Года полтора назад поехали мы с товарищем в лес пристрелять ружья. Отойдя от мишени на полсотни метров, я вскинул свой карамультук и… обнаружил, что не вижу правым глазом ни мушки, ни прицельной планки, ни самой мишени – все расплывалось в одно неясное пятно…

 

Попал в хорошие руки

Как?! Почему?! Что случилось?!

Частная офтальмологическая клиника, обследование. Приговор врача короток и суров: катаракта. Помутнение хрусталика. Нужна операция. Не срочно, но сильно затягивать не следует – болезнь будет прогрессировать. Ну раз не срочно, мы пойдем другим путем. Бесплатным. Который ведет в красноярский «глазной центр» на Никитина.

Краевая офтальмологическая больница имени профессора Макарова. Учреждение, знакомое каждому, кто имеет проблемы со зрением. Я бывал в нем не раз и всегда встречал понимание и профессиональный подход к пациенту. Когда-то мне здесь подобрали контактные линзы, и уже 21 год я хожу без очков.

В этот раз тоже попал в надежные руки. Да еще в какие! Моим хирургом была Ольга Константиновна Шмандина. Звезда красноярской офтальмологии – не в обиду другим ее коллегам. Они тоже отличные доктора, но Ольга Константиновна – опытнейший хирург, штучный специалист. С 1998 года она внедряла в Красноярске метод ультразвуковой факоэмульсификации катаракты, обучала этому специалистов из других клиник. Провела более 30 тысяч операций!

Обследовав меня на хитроумных приборах, сразу спросила: будем вживлять хрусталик, чтобы хорошо видеть вдаль или вблизи?

– Вдаль! – твердо ответил я. – Всю жизнь мечтал узнать: как это – видеть далеко.

– Ну смотрите. Сами выбрали, – строго сказала доктор. – Чтобы потом не было претензий. Для чтения придется надевать очки.

– Я согласен! Мне бы машину водить, людей на другой стороне улицы узнавать… А осложнения бывают?

– Нет операций без риска. Но мы умеем справляться и с осложнениями.

Хирург коротко и по делу рассказала, как будет проходить операция, что такое метод ультразвуковой факоэмульсификации. Старый мутный хрусталик разрушают ультразвуком, удаляют через крохотный разрез на роговице и вместо него через этот разрез вживляют искусственную интраокулярную линзу. Причем с нужными пациенту диоптриями. Один раз – и на всю жизнь. Параметры линзы точно рассчитывает компьютер.

Ее голос вселял уверенность. Хотя доктор была немногословна. Некогда с каждым пациентом долгие беседы вести – операционная ждет. Конвейер. Говорунов много, а таких хирургов – единицы.

Короче, решение было принято: «резать, не дожидаясь перитонита!»

Но легко сказка сказывается, нелегко дело делается. Оказалось, что надо постоять в очереди, потом сдать кучу анализов, пройти с пяток врачей, получить от них добро на операцию…

Этот момент мы пропустим – хождения по кабинетам поликлиник были долгими и скучными.

Тем временем правый глаз видел все хуже. Машину я уже водил, сильно напрягая зрение. Качество жизни, как говорят врачи, сильно ухудшилось. Второй глаз, который видит более-менее, уже не спасал – ему трудно было работать за двоих. Пришлось свою колымагу ставить на прикол. Газету стал читать, уткнувшись в нее. На компьютере сделал огромные буквы и значки.

Не больно – интересно!

Прошло несколько месяцев – и вот меня кладут в палату, в стационар. Не откладывая дела в долгий ящик, операцию назначают на завтра.

Сосед по палате (у него была катаракта плюс отслойка сетчатки, он не видел практически ничего) рассказывал страсти: доктор ему объяснил, что у него хрусталик провалился на глазное дно и там за что-то зацепился, поэтому ему вставят дополнительную линзу, и они так и будут в глазу вместе – эта линза и старый, «провалившийся» хрусталик.

Я смеялся про себя. Все-таки анатомию глаза немного знаю. Понятно, что ничего подобного доктор сказать не мог, просто мужик неправильно его понял, да еще и нафантазировал.

Фантазера прооперировали через день после меня и вернули зрение.

– Мальчики, за мной, – скомандовала утром медсестра, и мы потащились за ней в лифт, который отвезет нас на седьмой этаж в оперблок. Одному «мальчику» хорошо за 70, другому – под 70, самому молодому – 55. Русский, эвенк и молдаванин. Интернационал.

Укол за ухо, капли…

И вот ты уже на столе. Яркий фонарь лупит в глаз. Голова лежит в какой-то нише. Откуда-то сверху раздается голос невидимой Ольги Константиновны:

– А ну, расслабься! Чего сжался весь? Ничего страшного…

Становится спокойней.

Операция проводится под местным наркозом. Все это время видишь перед собой белое пятно и скорей догадываешься, чем чувствуешь, что в твоем глазу проводят манипуляции какими-то инструментами. Гудит неизвестный прибор. Врач переговаривается с медсестрой на профессиональном языке. В глаз льется жидкость. Темнота. Операция закончена. На глаз положили повязку.

Сам процесс занял, кажется, минут 20 вместе с анестезией. Не больно. Скорей интересно.

В тот день в клинике было сделано 28 операций.

Повязку можно снять только завтра. Но я уже вечером осторожно ее отклеиваю и смотрю в окно. Там Енисей, Октябрьский мост в огнях, по нему движется вереница машин. Вижу все четко, ясно, резко, в деталях, как не видел никогда!

Четыре дня в стационаре, капли, ежедневные наблюдения, больничная каша… И восемь строчек в таблице! Без очков, без линз. А до операции не видел и первую – ШБ.

– Доктор, я вижу! – говорю Ольге Константиновне перед выпиской.

Она этому даже не удивляется. Мол, так и должно быть, зря я, что ли, с тобой возилась? Только замечает:

– Ну и хорошо. Значит, с линзой мы угадали.

Боги немногословны. Они прекрасны…

Фото: Олег КУЗЬМИН

Читать все новости

Реплики


Видео

Фоторепортажи

Также по теме

16 августа 2022
Как не попасть на удочку мошенников?
Практически все уловки мошенников давно известны, однако россияне продолжают упорно верить «сотрудникам банков», «полицейским» и прочим «благожелателям», предлагающим расстаться с
16 августа 2022
Перед схваткой
(Продолжение. Начало в № 51, 53, 55, 57 НКК) Первый год новой России завершался острым политическим кризисом. Невероятный рост цен,
16 августа 2022
Жить, побеждая зависимость
Катя – молодая симпатичная девушка. Она – консультант в оздоровительном центре психологической помощи «Добрыня-воин». По названию и не скажешь, что