Меню Поиск
USD: 73.76 +0.07
EUR: 86.84-0.07
№ 39 / 1315

Думать глобально, действовать локально

Фотографии предоставлены министерством экономики и регионального развития – Я считаю, что лучше говорить о смысле того или иного действия, той или иной программы. Людям неинтересно слушать, сколько усилий или средств выделено. Важно, для чего это делается и что мы получаем в итоге, – так начал разговор о программе «Локальная экономика» министр экономики и регионального развития Красноярского края Егор ВАСИЛЬЕВ.

Что мы подразумеваем под понятием «локальная экономика»? Это небольшие частные предприятия, работающие в тех муниципальных образованиях, преимущественно сельских, где отсутствуют крупные, так называемые градообразующие производства.

Малые предприятия способны дать местным жителям работу, но вот улучшение инженерной и социальной инфраструктуры территории присутствия – уже за гранью их возможностей. Чтобы изменить эту ситуацию, государство анализирует, где частные компании инвестируют в развитие производства.

В новой краевой государственной программе «Комплексное развитие территорий Красноярского края» предусмотрен индивидуальный подход к каждой территории с точки зрения экономического развития. Собственно, в этом и состоит задача совместными усилиями малого и среднего бизнеса и власти обеспечить динамичное экономическое и социальное развитие территорий края, долгое время считавшихся неперспективными. Удается ли? Об этом нам рассказывает сегодня Егор Васильев.

Один из приоритетов

– Программа «Локальная экономика» для края – случайность или закономерность?


– Направление было выделено несколько лет назад. Напомню, что, став губернатором Красноярского края, Александр Усс одним из первых своих приоритетов обозначил развитие села в целом и локальной экономики в частности. Поэтому еще осенью 2018 года на первом губернаторском совете я презентовал программу «Локальная экономика» и один из ее главных инструментов – муниципальные комплексные проекты развития (МКПР).

Сегодня этот механизм инициативно реализуется именно по поручению губернатора, для того чтобы «окружить» бюджетной инфраструктурой ту инвестиционную активность, которая существует в районах края. И дать, таким образом, импульс территориям, чтобы они росли и развивались вслед за коммерческими предприятиями, которые там работают. В Красноярском крае, к счастью, таких предприятий много. Благодаря программе развития локальной экономики поселки, в которых они находятся, получают социальный эффект за счет реализации МКПР. При этом очень существенно, что проекты готовят сами главы поселений. Кто, если не они, лучше всех знает специфику своих муниципальных населенных пунктов, самые животрепещущие проблемы и нужды жителей?

Проекты развития главы защищают на Совете по развитию местного самоуправления. Этот «фильтр» проходят далеко не все местные инициативы, но те проекты, которые уже утверждены советом, демонстрируют хорошие результаты.

– На днях прошел очередной совет. Утверждены ли новые МКПР?

– Совет утвердил четыре новых проекта, которые защищали Балахтинский и Большемуртинский районы, город Канск и Кежемский район. Проекты разнообразные. Два из них связаны с лесным комплексом (Канск и Кежемский район), два – с сельским хозяйством. Причем если в Большой Мурте традиционный для сельского хозяйства края животноводческий проект – увеличивается свинокомплекс, то в Балахтинском районе – уникальное предприятие «Малтат» и ИП Передельский, который будет производить из отходов рыболовства животноводческие корма.

Разнообразна и инфраструктурная часть проектов: это система водоснабжения в Приморске и ремонт улично-дорожной сети протяженностью 43 км, это капитальный ремонт улично-дорожной сети (7,6 км) и линий ее освещения в Северо-Западном промышленном районе Канска, это строительство очистных сооружений в Большой Мурте и строительство водопровода в Заледеево Кежемского района. Муниципальные комплексные проекты развития станут частью новой краевой госпрограммы «Комплексное развитие территорий Красноярского края».

В выигрыше каждый


 – Кто же все-таки больше выигрывает от таких проектов – бизнес или население?

– Ответ содержится в названии – «комплексный проект». Ключ именно в комплексном развитии территорий. Чтобы люди жили в селах, недостаточно иметь только рабочие места. Люди не поедут туда, где нет детских садов, поликлиник, дорог, учреждений культуры, нормального жилья, наконец.

С другой стороны, там, где нет работы, усилия государства, создающего инфраструктуру, дадут в лучшем случае половинный эффект – люди все равно будут уезжать. Поэтому мы заинтересованы в том, чтобы на всех территориях края бизнес имел возможность роста, развития, реализации инвестиционных проектов. Но мы также заинтересованы в том, чтобы эффект от развития бизнеса в конкретном населенном пункте ощущали не только его владельцы, но и все работники и все жители этого поселения.

Возьмем балахтинский проект. Предприятие «Малтат», как я уже сказал, уникальное. И сотрудники для него требуются «штучные» – высококвалифицированные профессионалы с соответствующим уровнем оплаты. Но им нужно где-то жить – и вот по краевой программе строятся дома, уже 28 таких домов построено.

Дальше. Необходимы дорожная сеть, освещение, вода – эта инфраструктура и заложена в муниципальном комплексном проекте. Таким образом, бизнес «подтягивает» за собой инфраструктуру, а государство помогает в этом.

– Что необходимо для того, чтобы выйти со своим комплексным планом развития?

– Во-первых, инвестиционный проект объемом не менее 150 миллионов рублей. В новой госпрограмме, которую мы разрабатываем по поручению Александра Викторовича Усса, будут расписаны мероприятия отдельно для малых и крупных инвестиционных проектов. Отмечу, что проект с объемом инвестиций порядка 150 миллионов рублей считается средним. На один рубль бюджетных инвестиций должно приходиться три рубля частных. Кроме того, учитывается создание рабочих мест, а также другие положительные эффекты: экология, импортозамещение, развитие предпринимательской активности в смежных отраслях.

И блоки, и кирпичи


– А тем, кто не сможет найти проект на 150 миллионов, им ничего не «светит»?

– Программа «Локальная экономика» на самом деле шире, чем МКПР. Она предлагает варианты даже для тех населенных пунктов, где нет значимых бизнес-структур. В частности, существует такое направление, как развитие самозанятости. Например, на юге края строится и с этого года начнет работать сеть закупа дикорастущей продукции. Это своего рода восстановление института государственных заготконтор. С этого же года активно развивается и кооперативное движение. Мы начали субсидировать до 90 процентов на одну корову. Идея в том, что там, где нет даже минимальной предпринимательской активности, если человек хочет зарабатывать честным трудом, он должен иметь такую возможность. И для этого мы работаем над гарантией спроса на продукцию личных подсобных хозяйств либо на сбор дикоросов. В рамках программы «Локальная экономика» выделены приоритетные районы, где сейчас крупных инвестпроектов нет.

– Существует ли связь между локальной и «большой» экономиками?

– Есть связь между КИП «Енисейская Сибирь», муниципальными комплексными планами развития и программой «Локальная экономика». «Енисейская Сибирь» – это мегапроекты, межрегиональное сотрудничество, миллиардные инвестиции. Следующий уровень – это средние по масштабам муниципальные комплексные проекты. Поясню степень взаимосвязи. К примеру, одним из проектов «Енисейской Сибири» является строительство Высокогорского моста через Енисей. Но мост – только часть транспортной сети, в которую входят дороги и освещение, отнесенные к компетенции муниципальных образований. Это уровень МКПР. И, наконец, мы предлагаем выделение средств для тех поселений, где нет инвестиционной активности бизнеса, но есть действующие предприятия, которым также нужны дороги. Мы объехали большое количество районов и поняли, что потребность в таких объектах очень велика. Так выстраивается единая дорожная сеть и единая экономика, в которой важны и крупный блок, и малый кирпичик.

№ 39 / 1315

Комментарии:

Добавить комментарий

Все поля обязательны для заполнения


Свежий выпуск

Видео