Меню Поиск
USD: 76.81 -0.35
EUR: 89.66-0.31
№ 19 / 1197

Фронт ждал ценный металл

Как жители Красноярского края добывали руду и золото в военные годы

С началом Великой Отечественной войны особое внимание руководство страны обратило на золотодобывающую отрасль. Хотя к началу 1940-х годов золотопромышленность края работала на полную мощь. После начала войны отрасль столкнулась с проблемами, как и вся индустрия страны. Лучшие специалисты уходили на фронт, росла доля необученной рабочей силы – женщин и подростков, устаревало оборудование, которое было нечем заменить.

Однако во время Великой Отечественной войны Красноярье становится кузницей золотовалютных резервов СССР. Кроме «Енисейзолота» работают тресты «Хакасзолото», «Минусазолото», «Тувазолото». Страна поставила перед сибиряками предельно четкую задачу: добывать в казну максимально возможное количество драгметалла. И она была выполнена!

Южные россыпи

В 1941 году отличились рабочие треста «Минусазолото». Несмотря на некоторое истощение ресурсной базы, им удалось перевыполнить задание на 8,6 %, нарастив добычу золота к 1940 году на 1,5 %. Крупнейшим предприятием треста был Артемовский рудник. На нем трудились более 1 100 человек. Большое количество людей было занято золотодобычей на Ольховском и Чибижекском приисках, реках Сисим, Амыл, Сизан и на Усе. В 1941 г. трест дал стране 2 467 кг золота и 705 кг серебра. Только в тресте «Минусазолото» в 1941 году стахановцами были 1 161 кадровый работник и 294 старателя.

Еще один относительно крупный золотодобывающий центр находился в Манском районе, в двух сотнях километров от Красноярска.

Особую известность имел прииск Жайма. Там трудились люди разных национальностей – русские, украинцы, латыши. Работали в основном женщины – мужья были на фронте. Как рассказывала жительница Жаймы Анна Сидорова, крупные находки не были особой сенсацией:
До войны мы с отцом и братьями добровольно искали золото. Я сама нашла самородок весом 170 граммов. Потом братьев забрали на фронт. Отец сильно заболел, и я оформилась на работу в Продснаб, а в 1943 году, когда мне было 19 лет, ушла на старательские работы в артель на Жайме. Помню, добыли самородок на 1,5 килограмма. Это уже вся артель работала – 20–30 человек.
Николай Колягин, сын одного из изыскателей Жаймы Геннадия Колягина, с большой теплотой рассказывал о поселке, в котором прошло его детство:
Поселок стоял у подножия крутых гор, среди горных ручьев и рек. По отлогой стороне рос сплошным зеленым ковром кедрач, уходящий от Жаймы на все четыре стороны. Выше, к вершинам гор, широкими лентами тянулись к солнцу ягодники черники и брусники. А в низине текла своенравная и бурная река Крол. В 1940 году ее перекрыли и построили первую во всем Красноярском крае, да, наверное, и в Сибири, гидроэлектростанцию. Она давала свет в дома и на золотодобывающие предприятия, где работали в основном жители Жаймы, численность населения которой доходила до 3 тысяч человек. В поселке имелись школа, больница, клуб, магазины и другие блага цивилизации.

Кайлом и лопатой


А в 75 км от села Агинское, на востоке края, на правом притоке реки Кан работал прииск «Караган». Там в начале войны после волн мобилизаций остались только старики и дети.

Пришлось формировать новые бригады, среди них была и молодежная. Туда попадали подростки, окончившие шесть классов, в 13–14 лет. Из воспоминаний Августы Коноплевой-Томашевской:
Остались на прииске дети и старички. Чтобы как-то продержаться, стали формировать новые бригады. В шахты и забои пошли молодые женщины, а из нас, школьников, начиная с 6-го класса, организовали молодежную бригаду. Мне было 13 лет, я только окончила 6 классов.

Мы устанавливали металлические баксы в разрезах, где золото залегало не глубже 2–3 метров. В эти баксы пускали воду, а внизу стояла деревянная колода, или гутара, так ее называли, в нее укладывали деревянный трафарет, водой смывало пустую породу, а золото оседало внизу. В конце смены его вместе с илом и шлаком сметали в лоток и промывали до чистого золота.

Ну а разрез – это отвесная стена типа траншеи, которая тянется метров 300–400. Каждому из нас отмеряли по 2 метра в длину, чтобы мы не мешали один одному, и мы орудовали сначала кайлом, а затем лопатой, бросая породу в баксы, стараясь не отставать от своих сверстников. К концу смены мы так уставали, что руки и ноги тряслись, сильно хотелось спать и есть.

От железа до молибдена

В Хакасской автономной области действовал трест «Хакасзолото», его крупнейшими предприятиями были Балахчинский, Саралинский рудники, рудник «Коммунар». Интересно, что трест не только добывал золото, но и производил электроэнергию – более 100 млн кВт/ч в год. Его руководству удалось решить проблему дефицита бензина для грузовиков, что перевозили золотоносную руду, еще до войны. В 1939–1940 гг. автопарк был переведен с жидкого нефтяного топлива на березовые чурки.

Также на рудниках Хакасии продолжалась добыча железной руды, золота, вольфрама, других цветных и редкоземельных металлов. В окрестностях Сорска было открыто месторождение молибдена, которое стали разрабатывать в конце сороковых. В военные годы промышленность Хакасии дала стране и фронту свыше 3 млн тонн угля.

Норильский Клондайк

Одним из добывающих центров Красноярского края в годы войны стал Норильск, где изыскателями были открыты и разведаны значительные запасы платиновых металлов, медно-никелевых руд, угля и нерудных полезных ископаемых. В 1935 году начали строиться Норильский горно-металлургический комбинат и город Норильск. На сороковые пришелся расцвет разработки богатых руд месторождения «Норильск I». После 50-х годов понадобились новые масштабные поиски, которые привели к открытию не менее богатых Талнахского и Октябрьского месторождений.

По материалам интернет-энциклопедии Красноярского края

Фото из книг «Золотое сердце Сибири», «Красноярск – Берлин. 1941–1945 гг.», 2009 г.

№ 19 / 1197

Комментарии:

Добавить комментарий

Все поля обязательны для заполнения

Свежий выпуск

Видео