– Легкие наркотики я начал употреблять в 14 лет. Наркоманом себя не считал. Завязать не пробовал, – Александр сидит в комнате с камином. Над камином – голова лося, как в охотничьих домах, тепло, вкусно пахнет булочками, за окном сугробы. – Свой 29-й день рождения я отметил уже здесь, в реабилитационном центре, – Александр смотрит в пол, никогда раньше он не рассказывал о своем опыте. Ни разу за все 15 наркоманских лет он не считал, что у него есть проблема. Даже когда развалился бизнес и выгнали с работы. Насколько вляпался, он понял только здесь, в 120 км от Красноярска, на бывшей туристической базе, переоборудованной под реабилитационный центр, от которой еще километров 20 добираться до Большой Мурты. Вместе с такими же, как он, наркоманами, для которых реабилитация – последний шанс.
«Я – обычный наркоман»
– Я всегда считал, что травка – не наркотик. Амфетамины – стимулятор нервной системы. Когда родители пытались со мной разговаривать, сердился на них, говорил, что со всем справлюсь. Что не такой, как все. А я в точности такой же – обычный наркоман, – Александр виновато улыбается. У молодого симпатичного парня за плечами два высших образования – экономическое и юридическое, свой бизнес, работа в налоговой, откуда его уволили потому, что он умудрялся накуриваться даже на рабочем месте. Опыт продажи наркотиков, который чуть не закончился печально. Есть подруга и маленький сын, и за последние 15 лет – не больше пяти дней подряд без «накура». Но именно с ним мне посоветовал поговорить исполнительный директор ЦРиСА «Енисей» Александр Назаров:
– Александр выздоравливает, у него очень хороший прогресс. Со многими реабилитантами общаться пока бесполезно – за них говорит болезнь.
Всего на бывшей летней базе ХМЗ, где когда-то отдыхали рыбаки, проходят реабилитацию 11 человек от 22 до 43 лет. Этих разных людей объединяет печальное состояние, в котором они сюда попали.
– Современные психоактивные вещества не оставляют шансов сохранить разум, – поясняет Антон Мишин, директор ЦРиСА «Енисей». – Через 4–6 месяцев после начала проб у человека уже такое состояние, которое невозможно корректировать. Две недели назад к нам приехал парень, который собирался сбежать в Сирию воевать. Мы вообще только через месяц начинаем узнавать, что с нашими подопечными происходило на самом деле.
У каждого, кто попал сюда, наркотики – не единственная беда: просроченные кредиты, микрозаймы, проблемы с законом – все это еще больше мешает отказаться от наркотиков, поэтому в центре есть и свой юрист.
– У нас и хозяйство свое до холодов было – куры, гуси, но зимой пришлось с ними расстаться – не все еще оборудовали так, как надо, – Антон Мишин ведет представителей краевого Управления Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков по территории недавно открывшегося реабилитационного центра. За четыре месяца здесь удалось сделать очень много: полностью обустроить один корпус, заменить систему пожаротушения, отремонтировать домик для гостей, куда будут приезжать родственники пациентов. Видно, что весь персонал центра, а это шесть человек, буквально живет своей работой – и это неудивительно, у каждого из них есть впечатляющий опыт употребления наркотиков и выздоровления в подобном центре. Такая одержимость идеей спасти другого буквально притягивает помощь: ХМЗ отдал в аренду свою базу, сейчас – на три года, а в будущем планируется на 49 лет; предприниматели покупают спортивное оборудование и иногда даже проплачивают лечение клиентов центра.
Только партнерство
– Для нас очень важно открытие таких центров, – Антон Килин, заместитель начальника УФСКН России по Красноярскому краю, проводит круглый стол в одном из помещений реабилитационного центра. Здесь собрались все, кто вовлечен в решение проблемы социализации бывших наркоманов: члены общественного совета при УФСКН, представители краевого наркологического диспансера, ГУФСИН, депутаты горсовета Красноярска, представители РПЦ, администрации Большемуртинского района.
По последним данным, в России 200–300 тысяч наркобольных нуждаются в реабилитации и ресоциализации. Насколько это важно, показывает и недавний пример, когда в Красноярске наркоман со стажем пытался покончить жизнь самоубийством. Написал на балконе кровью «Прости» и перерезал газовый шланг, пять квартир пострадали. Если бы удалось его вовремя втянуть в реабилитационный процесс, этого бы не было.
На центр «Енисей» направлено очень пристальное внимание, можно сказать, что он – опытное поле для отработки государственно-частного партнерства в этой области. Государство – объективно – само не справляется, крайне необходима негосударственная поддержка.
– Львиная доля реабилитационной деятельности приходится на негосударственные центры, – включается в обсуждение Татьяна Коробицына, член общественного совета при УФСКН, доктор медицинских наук. – И это общемировая практика, когда все строится на базе государственно-частного партнерства: государству остается руководство, медицинское лечение и медицинская реабилитация, а все, что касается практической деятельности в сфере социальной реабилитации, отдается коммерческим предприятиям.
Сейчас, по данным Антона Килина, в крае действуют 44 реабилитационных центра, из них 11 достаточно активны. В конце января в УФСКН по краю планируют закончить регистрацию краевой ассоциации реабилитационных центров, которая позволит подбирать для каждого пациента услугу наилучшего качества. Дело в том, что центры реабилитации существенно отличаются по направленности и возможностям: у кого-то совсем скромные площади, кто-то, наоборот, может предложить все необходимые для лечения процедуры. Если все они войдут в ассоциацию, будет возможность выбирать центр под потребности каждого человека.
В реабилитационном центре «Енисей», например, обязательной частью оздоровительной программы стали баня, она прямо в корпусе, и обливание. В доме есть комната с тренажерами, рядом с крыльцом стоят лыжи – ежедневные физические нагрузки здесь обязательны.
Рисовать и писать стихи
– Ранний подъем, легкая зарядка, потом заходим в дом, набираем холодную воду – и прямо возле дома обливаемся, там приступочек есть небольшой, – Александр Назаров знает распорядок дня наизусть. – Это по системе Порфирия Иванова, общеукрепляющая процедура. У нас есть утренний настрой на день, чтобы на позитив настроиться. Завтрак, после – труды, то есть уборка. Как в любом сельском доме, здесь хватает работы. Каждый занимается по своему направлению: кто-то кормит собаку, кто-то убирается в бане, все распределены. Потом чай с выпечкой, которую ребята сами делают, после – лекция по программе «12 шагов» либо общение с психологом. Отбой в 11 вечера после планерки, на которой мы распределяем задачи на следующий день.
Занятиям в центре уделяют большое внимание, для каждого подопечного составляется индивидуальная программа, работа с психологами и кураторами ведется чуть ли не в режиме нон-стоп, до самого вечера. Совершенно неожиданным для многих реабилитантов становятся обязательные занятия творчеством: рисование, сочинительство. Сайт центра наполнен карандашными набросками – и на тему Нового года, и на тему личной ответственности, мечты.
– Сначала, когда я попал сюда, мне не нравилось, хотелось быстрее отсюда выбраться, – уже бывший наркоман Александр вспоминает начало лечения. – Казалось странным то, что нужно рисовать, стихи сочинять. А потом понравилось. После второго месяца понял, что все может получиться. О чем сейчас мечтаю? Хочу быть полезным – быть при деле. Хочу семью, работу, детей. Я не стану Биллом Гейтсом, не буду ворочать миллиардами, но свое место в обществе хочу занять.
И в этом, пожалуй, главная задача каждого реабилитационного центра – вернуть человека в общество. Выздоровевших ребят помогают трудоустраивать выпускники, которые уже прошли реабилитацию, а кто-то остается при центре, чтобы помогать другим. Именно так сейчас видит свое будущее и Александр.
Наркотрафик в цифрах
1 620 кг наркотических средств было изъято в крае в 2015 году. Это в 2 раза больше, чем в 2014-м.
6 387 преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков выявлено УФСКН по краю в 2015 году.
18–29 лет – возраст самых активных участников преступных групп и сообществ, связанных с наркопреступлениями. 1 285 человек привлечены к ответственности.
На 30 % больше амфетамина и синтетики изъято в 2015 году.
