Хотел быть футболистом, а стал скрипачом Как великий музыкант открывает новые звезды

Хотел быть футболистом, а стал скрипачом Как великий музыкант открывает новые звезды

Скрипач с мировым именем Дмитрий Коган частый гость в Красноярске. В прошлом году он демонстрировал пять великих скрипок мира – Антонио и Иеронима Амати (1595 год), Жана Батиста Вильома (1852 год), «Кабриак» Антонио Страдивари (1698 год), «Робрехт» Джузеппе Гварнери дельДжезу (1728 год) и «Канарейку» Джованни Батиста Гваданини (1764 год).

В этом году он прибыл с особой миссией. 5 апреля в Москве проходил международный фестиваль классической музыки «Кремль музыкальный» имени Николая Петрова, и на его открытии Дмитрий Коган играл вместе с Красноярским академическим симфоническим оркестром. Красноярцы впервые выступали на этой уникальной площадке. Дмитрий Коган считает, пришло время развивать в Красноярске не только спорт, но и культуру.

2.JPG– Дмитрий, вы были послом красноярской универсиады – 2019. Во время заявочной кампании участвовали в концертах в Брюсселе. Как у нас сочетаются спорт и культура?

– Спорт – это хорошо, и я поздравляю Красноярск с победой в заявочной кампании на проведение универсиады, но спорт не может существовать без культуры. Это поезд, который должен ехать одним составом. Край будет развиваться в спортивном движении, в строительстве новых объектов. Я уверен, что вместе с тем и культурная составляющая у вас должна быть на самом высоком уровне. И я считаю несправедливым то, что Красноярский симфонический оркестр до сих пор активно не участвовал в культурной жизни столицы. Сейчас мы решили это недоразумение исправить. Я благодарен губернатору Красноярского края Льву Кузнецову за поддержку этой идеи. Он горячо интересуется, как продвигается этот проект.

– Вы и раньше работали с нашим оркестром, как оцениваете его возможности?

– Я понял, что красноярский коллектив не совестно выставлять на лучших столичных площадках. Я дружу с Красноярским краем, вижу, как он развивается.

– Кстати, среди семи детей, которым вы вручили скрипки, был и красноярский юный музыкант…

– Это одна из сфер деятельности Фонда поддержки уникальных культурных проектов, который я возглавляю. В его планах не только поиск уникальных инструментов, их реставрация и передача профессиональным музыкантам, но и поддержка молодых талантов. В канун Нового года я от себя лично подарил семи детям со всей России скрипки, один из них – девятилетний Никита Андреев из Красноярска. Очень хороший мальчик. Почему бы не подарить, если я могу это сделать? Никакого пафоса здесь нет. У нас существуют проблемы в системе образования, приходится что-то делать за счет собственных средств и личного желания.

– Как вы оцениваете российскую скрипичную школу?Есть возможность воспитывать настоящих талантов?

Российская скрипичная школа всегда была великой, но колоссальный кризис, упадок 90-х годов сказался на жизни всего общества, в том числе и на музыкантах. В те годы из страны уехало огромное количество профессиональных педагогов, их учеников и учеников учеников. Мы обеднели. Я, например, учился и в России, и за рубежом. Но и там педагог был русский. В силу обстоятельств он не смог существовать на родине, уехал за границу и преподавал там. Что же касается талантов, они всегда пробьются.

– В свое время вас, молодого музыканта, заметил Николай Петров – известный пианист и музыкально-общественный деятель. Это сыграло большую роль в вашей жизни?

– Николай Арнольдович Петров был моим лучшим другом, можно сказать вторым отцом. Этот человек много сделал для продвижения молодых музыкантов. Я его продукт. Мне было 16 лет, я был никому неизвестным учеником школы, а этот выдающийся музыкант с мировым именем, где-то услышав меня, подошел и сказал: «Давай сыграем сольный концерт в большом зале консерватории». В этот момент у меня закружилась голова, я не мог себе представить, что такое возможно. Помню, как пришел на первую репетицию домой к Николаю Арнольдовичу, безумно волновался. Мне, молодому мальчику, который только начинает концертную деятельность, прийти к такому мастеру! Начали играть двойной концерт Мендельсона для скрипки и фортепиано с оркестром. Сыграли одну страницу, и Николай Арнольдович резко остановился. Я думал, что он разнесет меня в пух и прах, а он говорит: «Очень хорошо». И спросил, какие у меня есть к нему замечания, все ли мне удобно. От этого у меня голова закружилась еще больше, потому что я не ожидал такого отношения к себе. Благородство этого человека было безмерно, простота совершенно невероятная. С тех пор мы сыграли с ним огромное количество концертов в разных странах мира. На моих глазах прошел первый фестиваль «Кремль музыкальный». 15 лет назад мы с Петровым его открывали.

– И теперь вы продолжаете дело своего учителя?

– Фестиваль задумывался как возможность молодым музыкантам, которые еще не заявили о себе, дебютировать в Москве в Оружейной палате. Когда Николая Арнольдовича не стало, его вдова сразу же предложила мне стать художественным руководителем фестиваля – продолжать дело Николая Петрова. И свою задачу я вижу такой, какой ее поставил мой учитель: фестиваль каждый год должен открывать две-три новые звездочки. Эта традиция продолжается. Но фестиваль расширяется. В этом году впервые за всю его историю он выходит за пределы Оружейной палаты, в самый красивый зал Москвы – дом Пашкова. В следующем году расширится еще, так и до Красноярска дойдем с фестивальной программой.

– В прошлом году вы представляли пять великих скрипок, но одна с вами и сегодня. Вы испытываете особое удовольствие играть на легендарном инструменте?

– Скрипка «Робрехт» Джузеппе Гварнери дельДжезу 1728 года– мой основной инструмент. У нее замечательная история. Одно время она принадлежала королеве Франции Марии-Антуанетте, которая потом передала ее своему придворному первому скрипачу Биотти. Тот завещал инструмент своему любимому ученику – основателю франко-бельгийской школы скрипачей Андре Робрехтсу (скрипка носит его имя). После этого скрипка принадлежала шведскому королю, была в его коллекции. Затем – американскому инвестору, итальянскому фонду. И 2,5 года назад, в октябре 2011 года, ее купил Фонд поддержки уникальных культурных проектов, который мы создали вместе с российским бизнесменом Валерием Савельевым. Тогда мы сделали прецедент: в Россию попал один из лучших инструментов мира.

За эти годы я сроднился со скрипкой Гварнери. Пять великих инструментов прекрасны, но они не мои. А этот мой.

И он звучит в ваших руках особенно поэтично…

Каждый инструмент – живое существо. Представьте: пять потрясающе красивых женщин, и все разные. Гварнери я ставлю выше Страдивари. Скрипка Страдивари – чисто женщина, а Гварнери – больше мужской инструмент.

– У вас много музыкальных проектов. А есть совершенно безумные? Говорят, вы первым из музыкантов играли на Северном полюсе для полярников…

– Где я только не играл! На Северном полюсе, в подводной лодке, в самолетах, в вертолетах, в подземном переходе. На подводной лодке – командующий флотом попросил, я и поиграл для моряков. Также и с полярниками.

– А как в переходе оказались?

– Захотелось, и пошел. Мы с одним телеканалом решили проверить – определят ли люди в переходе уровень исполнителя. Спустился в переход, меня снимали скрытые камеры. Но никто из прохожих ничего не понял. Один дядька мимо проходил, его спрашивают: «Не хочешь дать денег музыканту?» Он отвечает: «Этот каждый день здесь играет, и так фальшиво! Я ему никогда денег не даю».

– Как отнеслись к этому?

– С юмором.

– А звучание скрипки зависит от места выступления? Скажем, в зале вы играете или на подводной лодке?

– Конечно. Скрипка реагирует на влажность и сухость, холод и тепло. У вас в Красноярске, например, очень сухо. Но творчество не зависит от того, где ты творишь. Творить ты должен везде, где бы ни был. Даже дома в одиночестве.

– Вы волнуетесь перед выходом на сцену?

– Разумеется. Я пытался изжить в себе сценическое волнение, и мне показалось, что научился себя контролировать, подавлять волнение. Но, просматривая записи выступления, понял:в концерте, где ты абсолютно спокоен, чего-то не хватает. У Паганини был девиз: «Надо сильно чувствовать, чтобы почувствовали другие». Мне кажется, в этом ключ.

– Вы из музыкальной семьи, ваши дед и бабушка были известными скрипачами, отец – дирижером, не было протеста, не хотелось поломать традицию?

– Еще какой протест был! Но он присутствует у всех детей. Никто не хочет играть гаммы в душной квартире, когда можно погонять с мальчишками в футбол во дворе. Но мама меня заставляла играть на скрипке – и ремнем, и подкупом. Я очень хотел быть футболистом, а стал скрипачом.

Читать все новости

Реплики


Видео

Фоторепортажи

Также по теме

29 мая 2022
Не навреди и спаси
Основы помощи при травмах изучают в старших классах школы, повторяют на водительских курсах, в армии, в различных ведомствах или на
Пополнение в Бессмертном полку
В редакцию пришло письмо из деревни Ручей Осиповичского района Могилевской области Республики Беларусь от участников поискового отряда Лапичской средней школы.
28 мая 2022
«Ваш счетчик не соответствует нормативам…»
Всевозможные аферисты не останавливаются в своих попытках заработать на доверчивых гражданах. Нередко пользуются проверенными способами обмана, например, рассылая якобы официальные документы от