Когда реанимация бесполезна Нет производства – нет деревни

Когда реанимация бесполезна Нет производства – нет деревни

Наверное, в каждом районе Красноярского края найдется своя деревня Малиновка. Ведь малины в Сибири видимо-невидимо, и изначально именно этой ягодой славились здешние места. Это потом уже начали появляться коллективные хозяйства, рухнувшие в одночасье – с переменой строя в 90-х годах прошлого столетия, ушедшие в частные руки и переименованные в акционерные общества.

Отшельник

«Места в Малиновке королевские. Во-первых, малины невпроворот, много и другой ягоды, грибов, орехов, так как тайга рядом. Имеется два пруда, за огородами – несколько озер. В двух километрах течет горная речка 

Один в Малиновке

Агата» – так описывали в открытом письме губернатору Красноярского края места, примыкающие к деревне Малиновке Назаровского района, жители Назарово, пожелавшие возродить заброшенный населенный пункт. 16 семей с детьми готовы были обосноваться в глуши, куда и добраться-то можно только в хорошую погоду.

Недавняя перепись населения выявила в Красноярском крае 89 деревень и сел, нанесенных на карту, но в которых не проживает ни один человек. Деревня Малиновка Назаровского района не значится в списках «потерянных». Поддерживает статус жилого населенного пункта единственный его обитатель – Иван Капустинский.

Ивана Степановича мы встретили на подъезде к деревне. Его трактор уже заворачивал в сторону тайги – на покос. Лето у единственного жителя Малиновки, как и у всех сельчан, время горячее. В хозяйстве скотина, кормить нужно.

– Мы к вам в гости. Примете?

– Гостям всегда рад. Хотите, чай вынесу? – смущенно улыбается Иван Степанович. – В дом не приглашаю – не убрано.

Капустинский уже около 10 лет один. Разрушаться деревня начала в 1991 году, когда пятое отделение Сахаптинского совхоза ликвидировали и весь скот – дойных коров и молодняк – перевели в центральное отделение. Иван Степанович работал управляющим отделением, не захотел покидать родные места.

На маленькой улочке деревни осталось три дома. Два зияют выбитыми окнами и полуразобранными крышами, один жилой.

– А когда-то 50 изб стояло, – вспоминает единственный житель. – Моя сестра в ФАПе работала, у нее в списках 210 человек значилось. Ребятишек много было, у нас своя школа работала. А потом жители разъехались кто куда. Я остался.

Иван Степанович говорит: пожил и в Назарово, и в Красноярске, получил образование механика строительных машин, ушел в армию, а потом домой вернулся. Отец умер, в хозяйстве требовались мужские руки. Женился, четверо детей родилось. Да жена умерла на 48-м году жизни. О ребятах отец заботится. Когда все уезжали из Малиновки, Капустинский деньги копил – детям на обустройство. Сейчас один в Красноярске живет, двое в Назарово, еще один в соседнем селе Покровском. Навещают отца, но редко, все недосуг им – у самих работы выше крыши, дети, внуки (у Ивана Степановича уже и правнуки имеются). Приглашают переехать, да Иван Степанович не соглашается – у него в Малиновке большое хозяйство: две коровы, 20 свиней с поросятами, картофельное поле, огород. Молоко – чушкам, а мясо – детям да на продажу.

Один в Малиновке– Мне много не надо, – машет рукой малиновец. – Я сейчас даже не готовлю, на это нужно два часа потратить, некогда. Молока попью, консервы съем – и сыт.

День у Ивана Степановича начинается в пять утра. Надо воды накачать, коров подоить, поросятам корм приготовить, огород полить, технику подремонтировать, травы накосить. До кровати только в полночь добирается.

– Мужику доить трудно, – признается хозяин. – Не приспособлены руки для такой работы.

Несколько лет назад у Ивана Степановича появилась подруга – Надежда. Женщина хорошая, раньше вместе работали. Она поваром в местной столовой, он обеды на поля возил. Встретились уже после развала деревни и совхозного отделения, стали вместе жить. Правда, иногда подруга запивает и покидает своего сожителя на месяц-другой. Вот и сейчас ушла.

– Вернется?

– Наверное. Нам вдвоем веселее.

Сам Иван Степанович сильно не пьет, разве что друг иногда заедет – посидят за столиком на улице. Но сейчас у того жена заболела, не показывается.

– Вот и подельник мой, с которым мы сено косим, не приехал, – вздыхает Капустинский. – Придется одному.

Все его товарищи – три собаки, кот с кошкой да ласточкино гнездо, полное птенцов. Животные на собственном обеспечении – целый день бродят по окрестностям, еду добывают. Но чуть гости на порог – они около хозяина, охраняют.

– Утром просыпаюсь и коту по-дружески говорю: «Привет, Старик!» Мы с ним как мужчины здороваемся. А кошечку Маргоша зовут. Мне ее сын привез, когда по телевизору фильм шел про Марго.

В Малиновке еще остались обломки цивилизации. Есть электричество, у Ивана Степановича стоит телевизор, правда идет только одна программа. На доме висит таксофон. Как раз накануне нашего приезда техники наладили связь. В 500 метрах от деревеньки – водокачка. Чтобы включить ее, Иван Степанович каждое утро совершает моцион. Летом это даже приятно, а зимой приходится вставать на лыжи, топить котел, чтобы вода в трубах не замерзала. За продуктами в соседнее село ездит – в Канаш, а нередко машина, что развозит товары по магазинам, в Малиновку заруливает – хлеб и консервы Степановичу поставляет. Иногда лихие люди нагрянут. Как-то ночью налетели, старика из постели вытащили, в висок кулаком – и в хлев: кабанчика и двух овечек зарубили. У Ивана Степановича на такой случай ружье есть. 76 лет, но мужик он боевой, в обиду себя не даст. В людей, правда, не стреляет, вверх палит: пугает.

– Я как Агафья Лыкова, – шутит малиновец. – Та одна в тайге живет, а я – около леса. Отшельники.

Деревня живет работой

Наверное, веселее было бы Ивану Степановичу, поселись рядом с ним люди. Но бывший управляющий отделением совхоза реально смотрит на вещи: не возродить уже его родной деревеньки, хоть сотню домов здесь построй.

Один в Малиновке– Перспектив возрождения деревни нет, – уверен и специалист по земельным отношениям Сахаптинского сельсовета Владимир Дорожков. – Село нужно производством поддерживать. Будет работа, и деревня оживет.

А с работой в Сахапте не блестяще. На территории сельсовета действует ЗАО «Сахаптинское». Предприятие, говорят, успешное, но частники сократили количество работников до минимума.

– Трудится там человек 40, – рассказывает сотрудница Сахаптинского сельсовета Людмила Липнягова. – А население четырех деревень, входящих в наше муниципальное образование, 1 600 человек.

На территории Назаровского района только одна заброшенная деревня. Но в Сахапте говорят: на подходе и другой населенный пункт – Халма. Из этой деревни жители активно уезжают, остались пенсионеры и немного рабочих местного коровника. Школы нет, детей приходится возить на центральную усадьбу. Проблем с доставкой ребятни нет, утром и вечером курсируют школьные автобусы. И все же…

Нужна ли реанимация?

В администрации Назаровского района заметили прямую связь между наличием в деревне учреждений образования, культуры и здравоохранения и желанием сельчан обосноваться в этом населенном пункте.

— Мы прекрасно понимаем: если в деревне есть ФАП, школа, клуб, она будет существовать, – говорит глава администрации Назаровского района Сергей Крашенинников. – Когда исчезает хотя бы одно из звеньев – село начинает распадаться. И за последние годы у нас ни одно учреждение не закрылось. В 60 деревнях 47 ФАПов, 54 клуба. Мы сохранили 26 малокомплектных школ, даже если в них учатся два-три ученика.

Закрыть не проблема, уверены в администрации района, но сохранить бы то, что еще действует, работает, функционирует, удерживает и привлекает людей на село! А потребность в специалистах здесь большая. Например, медработников приходится заманивать доступным жильем и большими подъемными. Но приезжают единицы.

– Мы участвуем в различных грантовых программах, чтобы привлечь дополнительные бюджетные средства на содержание учреждений культуры и образования, – отмечает Сергей Крашенинников. – А тратить бешеные деньги на восстановление заброшенной деревеньки ради хорошего малинника – рационально ли это? Посчитайте сами: в Малиновку необходимо проложить хорошую дорогу, построить там ФАП, магазин, клуб. Мы не можем оставить без медицинской помощи даже 10 человек.

Глава районной администрации отнюдь не против переселенцев, назаровцы постоянно курсируют по району в поисках своего места под солнцем. Но зачем селиться в глуши, если есть земля в обжитых деревнях со всей необходимой инфраструктурой?

– Сегодня ЗАО «Назаровское» готово предоставить жилье своим новым работникам, будет радо дополнительным рукам ЗАО «Верхнеададымское». Зарплата хорошая – больше 20 тысяч рублей. Да и в Сахапте могут выделить землю под строительство собственного дома, – перечисляет Сергей Николаевич. – Одна проблема: где платят, там и спрашивают строго. На селе нужно работать с утра до вечера, не все приезжающие это выдерживают.

В крае 89 деревень, в которых не проживает ни один человек

Читать все новости

Реплики


Видео

Фоторепортажи

Также по теме

2 июля 2022
МИР Сибири: как доехать, где жить, что смотреть
В сотрудничестве с дирекцией фестиваля gnkk.ru разработал путеводитель по фестивалю. Читайте и приезжайте в Шушенское хорошо подготовленными к четырехдневному релаксу.
Молоко по новым технологиям
О молочно-товарной ферме в Ильичево мне сказали: «Такое не пропустите!» И действительно – на поле, которое в 2017 году еще
Сроки договоров продлят без торгов
Еще немного – и в Законодательном собрании начнут подводить итоги политического сезона, который был насыщен разнообразными событиями и новыми вызовами,