Многие до сих пор представляют работу следователя МВД как постоянные погони за преступниками, перестрелки и напряженные допросы под лампой. На деле всё выглядит иначе: большая часть времени уходит на работу с документами, анализ материалов и процессуальные действия, а допросы проходят в обычных кабинетах.
Ко Дню сотрудников органов предварительного расследования в системе МВД России мы поговорили со старшим следователем отдела по расследованию организованной преступной деятельности о преступлениях против собственности, совершенных с использованием информационно-телекоммуникационных технологий следственной части по расследованию организованной преступной деятельности главного следственного управления ГУ МВД России по Красноярскому краю Максимом Ткачёвым о том, как на самом деле устроена его работа, чем она отличается от кино и что в ней держит уже не первый год.
— Вы пришли в профессию довольно рано: кадетский корпус, потом ведомственный вуз. Это был осознанный выбор или всё началось с интереса и романтики?
— Скорее, всё началось с интереса. В детстве, конечно, есть определенная романтика — форма, дисциплина, образы из фильмов. Я сам принял решение пойти в кадетский корпус, учился там с 11 лет. Это непросто: ты рано уезжаешь из дома, живешь в казарменных условиях, привыкаешь к определенному укладу. Но я не жалею, этот этап многое дал.
Когда поступил в вуз системы МВД, уже начал понимать, чем на самом деле занимается следователь. До этого представление было поверхностным, в основном из кино. А в процессе обучения стало ясно, как устроена работа, и я окончательно понял, что хочу этим заниматься.
Фото из личного архива Максима Ткачёва
— После окончания вуза вы сразу пришли работать в следствие?
— Да. Уже на практике я попал в следственное подразделение в Красноярске. Руководитель предложил остаться, и я с первого дня начал работать в отделе, связанном с расследованием организованной преступной деятельности. Потом перешел в главное следственное управление, где работаю сейчас.
— В вашей семье были сотрудники правоохранительных органов?
— Нет, я первый. Ни следователей, ни сотрудников МВД среди родственников не было.
Фото из личного архива Максима Ткачёва
— Насколько реальность совпала с ожиданиями? Всё-таки кино формирует довольно яркий образ профессии.
— Совпадений немного. В кино часто показывают динамику: погони, задержания, напряженные допросы. В реальности работа следователя — это в первую очередь анализ и документы. Около 90 % времени ты проводишь в кабинете и работаешь с материалами, документами и доказательствами. Есть выезды, командировки, но это меньшая часть.
Даже допросы проходят не так, как многие представляют. Это обычный кабинет, нормальный разговор в рамках закона, с обязательным участием адвоката. Никаких «ламп в лицо» и давления, как в фильмах, нет. На самом деле человек может прийти сам, может находиться под стражей. Ситуации разные. Обязательно присутствует адвокат.
— То есть это не постоянные погони и задержания?
— Нет, это распространенный стереотип. Следователя часто путают с оперативником. Основная работа — это анализ, документы, допросы и подготовка материалов. Нужно разобраться в ситуации, понять, что произошло, кто говорит правду, а кто нет, собрать доказательства и правильно всё оформить. Здесь важны логика, внимательность, умение анализировать и общаться. Иногда приходится по-разному подходить к людям: где-то дать возможность свободно рассказать, где-то задать точные вопросы, где-то посмотреть на ситуацию с другой стороны. Есть и элемент интуиции. Бывают ситуации, когда нужно оценить, чьи показания более правдоподобны. Это приходит с опытом.
— Помните своё первое дело? Что оно вам дало как специалисту?
— Да, помню. Это было дело о мошенничестве: человек вводил людей в заблуждение, обещая помочь с получением земельных участков, брал деньги, но никаких реальных возможностей у него не было. Такие дела учат внимательности к деталям и работе с документами. Понимаешь, насколько важно проверять информацию и не доверять только словам.
Фото из личного архива Максима Ткачёва
— Что в работе оказывается самым сложным со временем?
— Наверное, периоды, когда дело подходит к завершению. Подготовка обвинительного заключения — это большой объем работы. Иногда речь идет о тысячах страниц.
— При этом в профессии остается интерес? Или со временем он уходит?
— Интерес остается. Есть определенный азарт, особенно когда появляются новые обстоятельства в деле, когда нужно разобраться в сложной ситуации.
— Работа связана с большим количеством сложных ситуаций. Как не выгореть?
— Важно не принимать всё слишком близко к сердцу. В работе много ответственности, много человеческих историй. Если всё это пропускать через себя, будет тяжело. Нужно уметь разделять: работа — это работа, а жизнь — это жизнь. Иначе долго не продержаться.
— Есть ли у следователей профессиональная деформация?
— В какой-то степени — да. Это проявляется в общении, в восприятии информации. Но важно, чтобы это не переносилось на обычную жизнь. У меня, например, такого нет — стараюсь четко разделять.
Фото из личного архива Максима Ткачёва
— Часто ли вас спрашивают о работе и сталкиваетесь ли со стереотипами?
— Да, бывает. Самый распространенный — что следователь «бегает за преступниками». Это не так, этим занимаются другие подразделения. Ещё часто представляют допросы как что-то жесткое и давящее. На практике всё проходит спокойно и в рамках закона.
— Используются ли современные технологии в работе?
— Частично. Например, есть программы, которые помогают расшифровывать аудиозаписи — это экономит время, но в целом решения принимает человек. Технологии — это вспомогательный инструмент.
— Можно ли прийти в эту профессию не сразу после ведомственного вуза?
— Да, если есть высшее юридическое образование. Но многое зависит от конкретного подразделения и руководителя.
Фото из личного архива Максима Ткачёва
— Если вернуться назад, к началу пути: что бы вы себе тогда сказали?
— Сказал бы не зацикливаться и не принимать всё слишком близко. Это помогает сохранить баланс и работать дальше.
— И всё-таки: следователь — это про что?
— Про интеллект и профессионализм.
Работа следователя оказывается куда менее зрелищной, чем в кино, но гораздо более требовательной к вниманию и ответственности. За каждым делом — длительная работа с документами, людьми и фактами, где важно не упустить детали и довести дело до конца.
Напомним, что ежегодно 6 апреля в России отмечается День сотрудника органов предварительного следствия МВД. Профессиональный праздник был установлен в 2013 году приказом МВД России. Дата выбрана неслучайно, именно 6 апреля 1963 года было принято решение о создании следственного аппарата в системе органов внутренних дел. С тех пор служба прошла серьёзный путь развития и сегодня играет ключевую роль в расследовании преступлений и обеспечении правопорядка.
