Меню Поиск
USD: 77.5 +1.09
EUR: 91.26+0.90
№ 50 / 1228

Отходное дело

Фото: Олег Кузьмин Так получилось, что для красноярцев экология – болевая точка номер один. Это наглядно показала эпопея с «яд-заводом». Ни до, ни после не было такой вспышки протестной активности. История с несостоявшимся ферросплавным производством убедительно продемонстрировала, что попытка протащить в край экологически сомнительные производства, не считаясь при этом с мнением жителей, может закончиться плачевно.


Сначала был огонь

В этом смысле готовность предпринимателя Олега Митволя к диалогу с красноярцами можно только приветствовать. Другой вопрос, что качество этого диалога могло быть лучше, если бы все называли вещи своими именами.

Напомним, речь идет о проекте строительства на территории Емельяновского района в 10 километрах от границы Красноярска полигона по утилизации промышленных отходов II–IV классов опасности. Мощность полигона – 10 тысяч тонн в год, расчетный срок эксплуатации – 25 лет. Проект намеревается осуществлять АО «Полигон», компания, принадлежащая Олегу Митволю.

Первая редакция документации, представленной инициатором проекта на общественное обсуждение, вызвала негативную реакцию и экологической общественности, и простых жителей.

Во-первых, часть промышленных отходов предполагалось термически обрабатывать, а по-простому – сжигать. Соответственно, приводилась довольно объемная таблица выбросов вредных веществ в атмосферу.

Возникал совершенно резонный вопрос: а зачем это нужно городу, воздух которого и без того отнюдь не наполнен ароматом роз?

Во-вторых, высказано было опасение, что на новый полигон отходы повезут не только из Красноярска, но и из других российских регионов.

Необходимое и ненужное

К чести г-на Митволя, реакция общественности не была проигнорирована. В обновленной проектной документации ни сжигания, ни выбросов уже нет. Зато появился «цех обезвреживания жидких отходов II–III класса опасности на основе сверхкритического гидротермального окисления.  Метод, кстати, входит в перечень наилучших доступных технологий. В результате его применения высокотоксичные отходы практически полностью преобразуются в воду, азот и углекислый газ. Во всяком случае, так написано в проектной документации. Правда, там не написано, куда исчезают хлор и фтор из галогенсодержащих отходов – не в азот же они преобразуются?

Есть в проектной документации и явно декларативные моменты, которые выглядят излишними. Например, следующее утверждение: «Нулевой вариант – отказ от намечаемой деятельности – приведет к значительному ухудшению экологической обстановки в сфере обращения с промышленными отходами в ближайшие 5–10 лет. Образование отходов идет в геометрической прогрессии, в связи с ростом экономики Красноярского края». Звучит красиво, но подтверждения в цифрах и фактах не находит.

Как уже говорилось, качеству диалога очень вредит, когда вещи не называют своими именами. Например, озвученное г-ном Митволем утверждение о полумиллиарде тонн промышленных отходов, ежегодно образующихся в крае, вряд ли можно считать убедительным доводом в пользу того, что полигон рядом с краевым центром нам крайне необходим.

Во-первых, в этой логике утилизация 10 тысяч тонн «промки» в год даст эффект даже не капли в море, а еще меньший. И вряд ли этот эффект стоит репутации экологического гетто для Солнечного.

Во-вторых, как отметил технический директор Ассоциации экологических расследований Сергей Михайлюта, в упомянутом полумиллиарде львиную долю составляют отходы деятельности недропользователей. Иначе говоря, речь идет об отвалах вскрышных пород. Например, по оценкам государственного доклада Минприроды, в 2018 году из 7,2 миллиардов тонн отходов (всех, а не только промышленных) 6,8 миллиарда тонн, или 94,2 процента, – отходы добычи полезных ископаемых. Тема очень важная и интересная, но к проекту полигона отношения не имеющая – от слова СОВСЕМ.

Не принимая на веру

Когда упускаются столь важные для понимания детали, поневоле возникает вопрос: с какой целью? А это отнюдь не укрепляет доверия между сторонами диалога.

Об этом свидетельствуют и мнения людей, которые профессионально занимаются вопросами защиты окружающей среды.

Как отметил исполнительный директор открытой экологической платформы «Российские зеленые», депутат Красноярского городского совета  Сергей Шахматов, проект даже с учетом внесенных в документацию изменений вызывает очень серьезные сомнения.
– В частности, – подчеркнул Сергей Шахматов, – в первоначальной оценке воздействия на окружающую среду говорилось о том, что на полигоне часть промышленных отходов будет сжигаться. Сегодня нам заявляют, что сжигать ничего не будут. Вместо этого планируется применять современные технологии переработки, о которых в первой редакции ОВОС (оценка воздействия на окружающую среду) не было сказано ровно ничего. Вопрос: насколько серьезно можно относиться к инвестиционному проекту, который с такой легкостью меняют? При этом причина изменений очевидна – крайне негативная реакция общественности.
Отсюда и следующее сомнение: а получим ли мы в реальности те высокие технологии переработки, которые нам сегодня обещают?

Есть и другое важное соображение. Красноярск, находящийся в узкой долине Енисея, почти со всех сторон зажат горами. Северо-восток – одно из немногих направлений, в котором город еще может развиваться. И размещать здесь полигон промышленных отходов, с точки зрения градостроительных перспектив, – нонсенс.

По мнению Сергея Михайлюты, само по себе размещение подобных полигонов вблизи крупных городов вполне допустимо – при условии, что действительно применяются современные технологии обезвреживания. К сожалению, российская практика показала, что далеко не все обещания, которые дает бизнес, продвигая тот или иной проект, впоследствии выполняются.

Кстати, молниеносное изменение технологической схемы насторожило не только общественников, но и мэра Красноярска Сергея Еремина.

Зависит от каждого

Все это, конечно, любопытный феномен. Видимо, мы настолько привыкли к тому, что представители бизнеса считаются лишь с собственными интересами, что нам кажется диким, когда предприниматель вносит изменения в проект в соответствии с пожеланиями общественности.

В этой истории точка еще не поставлена. 29 июня начался второй этап общественного обсуждения обновленной проектной документации по полигону.
– Все замечания к техническому заданию, высказанные жителями в процессе общественного обсуждения, документируются, – подчеркнул министр экологии края Павел Корчашкин в беседе с известным представителем экологической общественности Красноярска Игорем Шпехтом. – Этот пакет становится неотъемлемой частью самого проекта и вместе с другими документами поступит на экологическую экспертизу. Экологическая экспертиза – очень серьезный порог, тем более что в данном случае речь идет о федеральном экспертном сообществе, поскольку объект, работающий с отходами второго класса опасности, является объектом федерального надзора.
Таким образом, многое зависит и от общественной активности самих красноярцев, и от компетентности высказанных мнений.

№ 50 / 1228

Комментарии:

Добавить комментарий

Все поля обязательны для заполнения

Свежий выпуск

Видео