Меню Поиск
USD: 73.15 -0.62
EUR: 85.92-0.90
№ 84 / 1164

Потомок ссыльных немцев

Фото Олега Кузьмина Представители учительской династии Оберманов могли бы организовать собственную школу. Есть в этой семье математики, историки, географы, преподаватели русского языка и литературы, физкультуры, иностранных языков, учителя начальной школы. Глава этой плеяды – историк и бывший директор средней школы поселка Степановка Виктор Яковлевич Оберман – известен не только своими педагогическими находками, но и большой любовью к малой родине. Он выпустил несколько книг по краеведению, рассказывается в которых о поселке Степановка и Ирбейском районе.

Те, кто сидел и кто охранял


Поселок Степановка находится в таежной зоне Ирбейского района. Это крайний, тупиковый населенный пункт, дальше только непроходимые леса, реки и болота. Виктор Оберман здесь родился, вырос, всю жизнь прожил. Как и положено краеведу, об истории своего поселка несколько книг написал.
– Степановка в 1907 году образовалась благодаря столыпинской реформе. Тогда экспедиция определила, что на нашей территории можно поселить до 150 хозяйств. Под них и выделили землю, – рассказывает краевед. – Но жизнь в тайге была очень тяжелой, к 1917 году люди уже начали разъезжаться. В Степановке оставалось 139 человек, больше половины – женщины. Старожилы вспоминали, что к началу Великой Отечественной войны в Степановке осталось всего 20 избушек.

Как это ни печально, но вторую жизнь Степановке подарил Краслаг, пункт которого образовался в поселке в 1951 году. В своей книге «Сплетая нити истории» Виктор Оберман называет это шестой волной переселения в таежный уголок Ирбейского района.

В Степановке содержалось 500 заключенных – и политические, и уголовники. Работали они на лесоповале. Виктор Яковлевич рассказывает, что мальчишкой каждый день наблюдал, как выводили их на работу.
– Их вели по деревне – человек 100, по бокам охранники с собаками. Переправлялись через Кунгус в рабочую зону на лесоповал. В обед они жгли костры и в огромных котлах варили еду, – рассказывает краевед. – А вечером мы ждали их возвращения. Зеки дарили нам то филина маленького, то веночки из цветов. Картина вроде приятная, а на самом деле – они в неволе.
Отец Виктора говорил: куда тут бежать, кругом тайга – пропадешь. А по лесам вокруг Степановки разбросано 10 пунктов Краслага. Но иногда случались и побеги. Тогда в поселке царил страх. Матери запирали детей в домах, по населенному пункту бегали охранники с собаками.
– А нам было интересно. Мы ждали, когда в конце поселка из леса появится охранник. Через какое-то время – ведут, поймали. Я хорошо это помню. Когда лагерь закрылся, мне было восемь лет.

Степановское отделение Краслага перестало существовать в 1957 году. Бараки, в которых жили заключенные, отдали леспромхозу. И в них поселились обычные лесозаготовители. В пользование жителям Степановки перешли лагерная техника, пилорама, электростанция, лежневые дороги. Остались в поселке и бывшие зеки, и лагерные охранники. Они женились, обзавелись семьями. В Степановке так и говорят: мол, здесь две категории жителей – те, кто сидел и кто охранял.

В этом таежном поселке, наверное, нет ни одной семьи, которая не была бы связана с Краслагом или ссыльными. И Оберманы не исключение. Дедушку Виктора Яковлевича сослали в Сибирь в 1941 году как немца. Приехал он сюда с большой семьей – женой и пятью детьми. Жил на поселении при лагере, а когда в 1955 году немцам разрешили вернуться на родину, остался в тайге. Здесь была его семья, появились внуки и правнуки.

Письма Астафьеву


Сегодня в Степановке ничего не напоминает о его лагерном прошлом. Старые бараки уже не существуют. Только школьники под руководством учителя истории Обермана поставили на одном из зданий табличку: «Здесь располагался лагерь», да камень-памятник ссыльным переселенцам. Но остались фотографии, воспоминания, вещи, которые то и дело находят ребята в окрестностях поселка. Все это хранится в музее степановской школы.

Музей начинается уже в фойе второго этажа старого деревянного здания. Здесь стоит школьный оберег Степаныч (деревянный идол), который оберегает учебное заведение от иррациональных сил. Тут же телега, на которой возили лес вдоль реки, и огромный котел с одного из лагерных привалов.

Виктор Яковлевич открывает дверь, и мы оказываемся в школьном музее.
– Вот личное дело моего дедушки, я его разыскал в архиве краевого ГУВД. Тут же его военный билет и анкета ссыльного. А это документы человека, который умер в Краслаге. Это наши лесорубы и трактористы. А это военная страничка и школьная.
Оберман бережно хранит все крупицы прошлого, которые ему удается найти. Вот, например, лагерная ложка, которую принесла его ученица. А тут серия утюгов, хранившихся у степановских старожилов. И письма Астафьева ему, Виктору Яковлевичу.
– Мне так понравились произведения Астафьева, что осмелел и написал ему, – поясняет учитель. – Он так сердечно описывает свою бабушку в «Последнем поклоне», так хорошо пишет окопную правду о войне. А когда я прочел его «Оду огороду» – обомлел. Был бы у меня талант, я бы написал оду нашему болоту (Степановка, да и весь Ирбейский район стоит среди болот. – НКК). А Астафьев мне ответил.

Мне всегда хочется петь


Виктор Оберман 12 лет был директором степановской школы. 60 лет исполнилось, и ушел, отдал бразды правления молодым. Говорит, учительствовать начал еще в 17 лет. И только потом поступил в пединститут. Стал историком, но преподавал и литературу. До сих пор учит ребят музыке – сам научился играть на гармошке и баяне. Кстати, музыка в степановской школе присутствует не только на уроках пения. Даже историю Оберман наигрывает на инструменте. Как? А вот это особый рассказ.
– На уроках, если тема подходящая, я сразу баян беру, – улыбается учитель. – Например, недавно у нас была тема «Русско-японская война», и я спел ребятам «Плещут холодные волны». А песни о Гражданской войне живут во мне. Я отпечатываю их и даю ребятам задание изучить текст – найти исторические факты, фамилии. Например, «Без тебя большевики обойдутся» – кто такие большевики, спрашиваю. Когда Колумба изучаем, пою шуточную студенческую песню «Колумб Америку открыл». Может, это непедагогично, но она хорошо воспринимается. Я уже молчу про советский период: мне всегда хочется петь гимн СССР.

№ 84 / 1164

Комментарии:

Добавить комментарий

Все поля обязательны для заполнения

Свежий выпуск

Видео