Немногим более двух лет назад НКК публиковал интервью с участником спецоперации Виктором Коноваловым («Позывной «Птаха»). Водитель скорой помощи из Красноярска ушел добровольцем на фронт, когда ему было за пятьдесят, потому что «дела там обстоят не так хорошо, как хотелось бы», а кроме того, на передовой уже был его младший брат.
В марте 2023 года Коновалов получил тяжелое ранение, и вообще уцелел чудом – БМП наехала на мину, механик-водитель погиб, «а я в башне солдатиком стоял, взрывная волна меня «выплюнула», я просто улетел… Хорошо, что медленно ехали и боекомплект не взорвался».
Долго лечился в госпиталях, а потом командование решило отправить его в отпуск с последующим увольнением.
Однако, вернувшись к семье и привычной работе, Виктор не оставил фронтовую тему – вместе с боевыми товарищами начал помогать с доставкой гуманитарной помощи. Поначалу в режиме «самодеятельности», используя давние и новые знакомства.
Эта идея появилась не у меня, а у нас – ветеранов 41-й армии, – рассказывал он. – Наши ребята есть в Кемерово, в Юрге, Новосибирске… Пока у нас не какая-то официально оформленная организация – просто группы людей, которые вместе воевали, а дома оказались в основном по ранению. Правда, сейчас половина из них уехала обратно в свои части. Но пока были дома, поддерживали связь с теми, кто оставался на передовой, и были в курсе, какие вещи более всего необходимы бойцам в данный момент. В то же время узнавали о людях, помогающих фронту: кто свечи делает, кто маскировочные сети плетет…
Сегодня Виктор Коновалов – директор фонда помощи военнослужащим, ветеранам боевых действий и членам их семей «Позывной «Победа». По сути, это не только одна из организаций, занимающихся сбором и отправкой гуманитарной помощи в зону проведения СВО, но координатор, сотрудничающий с множеством волонтерских организаций в Сибири и в других регионах страны – а это, по словам директора, около 10 тысяч человек.
Тысячи посылок бойцам ждут очереди на отправку на складе фонда – спасибо краевому отделению «Единой России», которое помогло с помещением, – а на прилегающей территории стоят посылки на колесах.
К примеру, подаренный Сбербанком инкассаторский броневик – списанный, но полностью отремонтированный. Рядом пара «Жигулей», тоже не новых, но вполне готовых к службе.
Или вот гибрид мотоцикла и мотороллера «Муравей» с самодельным кузовом – такое может родиться только в русских гаражах… Новизна, говорит Виктор Коновалов, особо не важна – на передовой бывший гражданский транспорт живет в среднем месяц; главное, чтобы он был исправным и надежным.
Начинался фонд с чата в соцсети, в котором участвовали бойцы, ветераны, их жены одного подразделения – 74-й бригады. Помогали раненым в госпиталях, делились проблемами… Тогда же, в начале, произошел знаковый случай.
Однажды написал туда парнишка с позывным «Черный», – рассказывает Виктор, – говорил, что лежит он в госпитале в Екатеринбурге, просил помочь, потому как сам раздет-разут… Я ему говорю: поможем, без проблем – у нас там есть знакомые волонтеры и военные, они тебе принесут все, что нужно. А он – нет, так не надо, давайте деньгами…
Потом выяснилось, что в чат проник хохол и собирался нас «доить» – телефон нашего бойца каким-то образом оказался у противника.
После этого мы провели полную ревизию чата, проверили, кто где находится, и начали оказывать адресную помощь нашим ребятам в госпиталях, собирать для этого деньги. Переводили их на карту моего друга, боевого товарища из Кемеровской области – он шахтер, в шестьдесят два года воевать пошел, авторитетный человек, которого на фронте командиры очень уважали.
Мы устанавливали контакты с волонтерскими организациями в тех регионах, где находились раненые, они откликались, помогали ребятам. Потом наши мальчишки, которые остались на передовой, выходили на связь, просили помочь – то спутниковые антенны нужны, то рации, продукты, белье… Мы все это собирали и доставляли им.
А потом объемы помощи стали настолько серьезными, что без официально оформленной организации уже не обойтись.
И вот целых полгода мы создавали свой фонд «Позывной «Победа». Нам помогли наши друзья-коммерсанты, оплатили юристов, чтобы все это правильно оформить. Фонд зарегистрировали 7 июня 2024 года.
По сути, создавали его ветераны и бойцы специальной военной операции. Сейчас многих из тех, с кем мы начинали, уже нет в живых. Один из основных организаторов, Юрий Владимирович Мельников, в 62 года подписал второй контракт и погиб в Курской области от пули снайпера.
И сейчас некоторые из ребят, создававших фонд, находятся на фронте. Здесь, в Красноярске и крае, у нас много друзей, филиалы фонда есть в Хакасии, Кузбассе и в других регионах. А в прошлом году мы выиграли краевой грант в полмиллиона рублей на развитие деятельности.
Принцип работы фонда – бескорыстие и крайняя щепетильность в финансах. Коновалов рассказывает, первый его приказ в директорской должности звучал просто и радикально – зарплаты ни у кого не будет.
Иногда думают, если фонд – значит деньги. Потому и были желающие присосаться. Один просил: возьми мою жену на работу, будешь платить ей тысяч пятьдесят – ей хватит. Я говорю: «Я с чего буду вам платить? Эти пожертвования, которые мы собираем, – народные деньги. Я не могу из них даже себе на бензин взять. Не имею права. Мне надо отчитаться потом за эти деньги, куда я их трачу». Кстати, платим мы только наемной бухгалтерии. Да и она не позволит ни копейки потратить без документального обоснования – то есть заявки от военных с печатью и подписью командира.
Виктор Коновалов, разумеется, не может перечислить всех, с кем сотрудничает фонд, но о тех, чьи имена близко в памяти, говорит с теплом…
В Бархатово, например, есть небольшой филиал, и там «две сестры, Надежда и Оксана, вяжут носки, шьют спальники, костюмы, делают окопные свечи, очень вкусные гранулированные супы…»
Игорь Надольский из Боготола, ветеран спецоперации, регулярно ездит на фронт, развозит гуманитарную помощь ребятам, с которыми служил, и детским домам в ЛНР – он и сейчас там…
Самое главное – есть очевидное желание помочь, в том числе у тех, кто с фондом напрямую не сотрудничал. Недавно, рассказывает Коновалов, увидел тележку для эвакуации раненых, которой может управлять один человек, – весьма эффективная конструкция. И очень быстро нашлись те, кто может чертежи сделать, материалы поставить и выдать готовое изделие…
Так что принцип бескорыстия вполне жизнеспособен. Сам директор фонда, работающий на две ставки – водителем скорой и санитаром, – признается, улыбаясь:
Ползарплаты туда отдаю, жена грозится выгнать…
