В крае возобновлена государственная поддержка покупки сельхозтехники. Причем в большем размере, чем это было годом ранее, в относительно тучные докризисные времена. Все правильно. Сейчас главное – не стоять на месте. Краевая власть свой ход сделала. Чем ответят крестьяне?
Комбайн «по акции»
Экономические санкции заставили нас всерьез задуматься о собственной продовольственной безопасности. Внимание развитию села сегодня, пожалуй, самое значительное за последние тридцать лет. Тема импортозамещения не сходит с повестки дня. Государство увеличивает поддержку, создает дополнительные условия. И это верно. Санкции рано или поздно будут отменены, на российский рынок снова хлынет дешевое импортное продовольствие. Устоять в борьбе с конкурентами отечественному производителю поможет только количество и качество. Как взять рубеж, который навсегда избавит нас от западной зависимости?
Необходимо техническое и технологическое перевооружение. Еще пять лет назад по ресурсосберегающим технологиям в регионе сеяли около 23% площадей. А в 2014-м вышли на показатель 80%. Вместо «парада сотен тракторов» – современные агрегаты, выполняющие за один проход сразу несколько операций.
Такая техника есть не везде. В основном в крупных хозяйствах, что дают львиную долю сельхозпродукции региона. Середнякам и тем, кто послабее, купить ее проблематично. Вот на них-то в большей степени и была рассчитана краевая программа софинансирования и лизинга. Да и передовикам периодическое обновление парка тоже необходимо – по словам министра сельского хозяйства региона Леонида Шорохова, в крае нет территорий, где полностью была бы решена проблема с износом и нехваткой сельхозтехники.
Приобрести современный комбайн или косилку сельчанам предлагали со скидкой от 10 до 30 %, которую брал на себя краевой бюджет. В прошлом году из-за финансовых сложностей эту программу приостановили. Как бы это странно ни выглядело, но пауза пошла на пользу. В правительстве края пересмотрели возможности, подтянули резервы. Минсельхоз в свою очередь провел переговоры с заводом Ростсельмаш. И нынешнюю страду сельчане встречают с предложением приобрести комбайны, тракторы и пресс-подборщики с Дона со скидкой в 60 %. 30 из них берут на себя ростовчане, столько же готов компенсировать край.
Как работают деньги
4,6 млрд рублей заложено на прямую поддержку сельчанам Красноярья в 2015 году. Причем половину суммы аграрии получили еще весной, когда это было нужнее всего, – к началу посевных работ. Мы по-прежнему финансируем отрасль больше, чем другие субъекты СФО. «Все равно мало! Вот в советские времена…» – возможно, возразит один скептик. «На Западе фермеры вообще в дотациях купаются!» – присоединится к нему второй. Что тут сказать?
Сравнивать нынешний экономический уклад с советским некорректно. Тогда государству принадлежало практически все, кроме дач и огородов. И разобраться в запутанных схемах финансирования отрасли не помогал даже толстенный учебник политэкономии социализма. Однако мы как-то очень быстро забыли, что в те времена средняя урожайность по краю составляла всего 12–14 центнеров с гектара (еще бы, это при нынешних-то 24 ц/га). Насколько эффективно работали тогда государственные деньги? Я работал в колхозе в начале 80-х годов прошлого века и прекрасно помню, как «горел» в гуртах овес, сыпалось в грязь зерно из раздолбанных КамАЗов, текла рекой солярка – и далеко не только в бензобаки.
Между тем многое положительное из того, советского, опыта в крае переняли. Протравка семян гербицидами ведется бесплатно, за счет бюджета – лишь бы урожай был хороший. Для молодых специалистов – агрономов, ветеринаров, зоотехников – по нынешним меркам за так строится жилье. Всего 10% от стоимости – только живите. Им же выдают подъемные и надбавку к зарплате (которую опять-таки возвращает хозяйствам краевая казна) – только работайте. Одновременно вводятся новые формы поддержки фермерам, семейным животноводческим фермам.
Да, на Западе сельский частник финансами подкреплен сильнее. Но что греха таить – отдача от него, производительность труда тоже на порядок выше. И если посчитать, сколько единиц продукции там и у нас выходит на вложенные в фермера деньги, вопрос, кто кому больше помогает, отпадет сам собой.
Поймать момент
За бугром доллары и евро считают, и дотошно. Мы наконец-то учимся считать рубли. «Министерство всегда готово помогать тем, кто трудится на земле, у кого рубашка мокрая», – говорит Леонид Шорохов. В нынешнем году на господдержку могут рассчитывать те хозяйства, которые строго соблюдают технологическую дисциплину, правильно организуют свою работу. Своевременно готовят землю, вносят удобрения, внедряют новые технологии. Увы, по-другому никак – иначе деньги просто уйдут в песок.
Губернатор Виктор Толоконский ставит вопрос еще шире – поддерживать даже не отдельные хозяйства, а целые сельскохозяйственные районы. Ну почему в Ирбейском районе, где почва по плодородию сопоставима с назаровской, работает всего пара предприятий? Что, там живут другие люди – не такие трудолюбивые, как в Назаровском, Шарыповском, Ужурском? Вопрос непростой. Ведь очень многое зависит от усилий местной власти сверху и ответного движения, инициативы снизу. А край в стороне не останется.
– Разрабатывайте программы, создавайте новые рабочие места – и тогда муниципалитеты смогут получить финансирование из бюджета на открытие новых предприятий и производств, – говорит губернатор.
В условиях, когда Россию обложили санкциями со всех сторон, должно быть ясно и понятно: никто нам не поможет. Только сами. Более того, предпринятые президентом и правительством страны контрмеры – это внятный сигнал отечественному сельхозпроизводителю занять освободившиеся ниши, быстро воспользоваться уходом иностранных конкурентов, заполнить опустевшие полки своей продукцией.
«Ловите момент!» – обратился к крестьянам Владимир Путин, намекая, что санкции, вообще-то, вещь не вечная. Ну с бананами и манго все ясно – они у нас не растут. Но вот сможем ли мы через какое-то время вновь состязаться с американскими окорочками, бельгийской свининой, немецкой говядиной?
Увы, пока данные Красноярскстата говорят об обратном. За первое полугодие 2015 года производство мяса в крае снизилось на 28,5 %, птицы – на 22,8 %. Налицо дисбаланс: в регионе 967 хозяйств занимаются зерновым производством, и только 117 – животноводством. Осознают ли масштаб проблемы в краевом минсельхозе? Видимо, да. Иначе почему еще здесь планируют увеличить коэффициент на несвязанную поддержку тем предприятиям, которые занимаются животноводством?
Дело в сыре
А вот производство сыров за этот же период у нас выросло, и значительно. Аж на 53,7 % к уровню прошлого года. Вкусный, по-домашнему ароматный сыр делают в Новоселовском, Назаровском, Шарыповском, Боготольском, Минусинском районах. Здешние предприятия вовремя модернизировали производство, улучшили качество и расширили ассортимент выпускаемой продукции, занимаются внедрением инновационных технологий.
ОАО «Молоко» из Минусинска, к примеру, в 2014 году построило новые производственные помещения, на которых смонтирована и запущена автоматизированная линия для производства творога и сыров. Это позволило увеличить объем производства более чем в четыре раза.
В отсутствие сырных деликатесов из Франции, Швейцарии и Прибалтики открывшейся нишей заинтересовались и фермеры. Предприниматель Корюн Арутюнян из поселка Горный Ачинского района охотно рассказывает, на что потратил средства государственной поддержки. В 2013 году он выиграл краевой грант, получил почти 9 млн рублей. В 2014 году – еще миллион. И построил дополнительный коровник вдобавок к уже имеющимся (при том что новые коровники в Ачинском районе не строились последние 20 лет!). Сейчас в его хозяйстве 332 головы крупного рогатого скота. Из полученных в прошлом году 469 т молока произвел 27 т сыров, брынзы, «косичек». Намерен начать выпуск моцареллы и организовать поставки в Красноярск.
– Любая работа дает деньги, если ее делать. Хоть туалетную бумагу готовь, хоть иголки делай, хоть свиней выращивай – только работать надо. Я тут сутками работаю, – собственно, в этом весь его секрет.
А вот фермер Джастас Уолкер из села Такучет Богучанского района моцареллу уже производит, в краевом центре у него появились постоянные покупатели. Благодаря заразительному смеху его еще называют «веселым молочником». Приехал в Россию 20 лет назад и, как сам говорит, считает себя русским. А замашки американские все равно остались! Принципиально не берет кредиты и не пользуется господдержкой. Рассчитывает только на свои силы.
– Русский народ привык постоянно брать что-то от власти. Думаю, это еще одно отличие от Америки. Я не хочу, чтобы власть что-то мне давала, пусть только не мешает! – вот такой у него подход.
Не хочется сейчас судить о том, кто из них в конечном итоге прав – Арутюнян или Уолкер. Оба успешны, у обоих получилось. Были бы, как говорится, руки, голова на плечах – и любовь к земле, на которой живешь.
