Сила темная Почему эпидемия так похожа на древних варваров

Сила темная Почему эпидемия так похожа на древних варваров

Печенеги и половцы, упомянутые президентом в недавнем обращении, породили в народе бурную реакцию – от серьезных статей и даже трактатов до пошлых шуток и картинок, – что само по себе удивительно, поскольку речь-то была совсем не об этих исчезнувших народах.

Путин всего лишь уподобил их роль в русской истории нынешней коронавирусной напасти. Однако то, что для многих печенеги с половцами стали поводом для историко-философских размышлений, отрадно – лучше ведь именно так использовать вынужденное домосидение, чем…

Две правды

На вопрос, кто, собственно, такие эти печенеги и половцы, девять из десяти ответят – враги. И, в общем-то, будут правы, хотя бы потому, что именно таков их образ в русском самосознании. Путина, кстати, упрекали в том, что он не употребил сравнение более близкое и понятное – к примеру, орды Наполеона, Гитлера или, на худой конец, Батыя. Не употребил, видимо, по дипломатическим соображениям: соплеменники одного, другого и третьего поныне здравствуют и незачем их обижать, а печенегов с половцами ищи-свищи, они почти легенда.

Но здесь интересно другое: путь от исторической правды до образа в народном сознании бывает коротким и прямым (омерзительный образ фюрера, как и всего германского нацизма, ни в чем не противоречит реальности). А бывает долгим, извилистым, странным. Однако этот путь тоже ведет к правде, только иного порядка. Для наглядности – пример из другой, европейской, истории.

В XII веке появляется «Песнь о Роланде» – шедевр французской и мировой литературы. Напомню сюжет: Карл Великий, совершив победоносный поход на испанских мусульман, возвращается со своим войском домой. Однако мавры, на словах изъявившие покорность, предательски нападают в Ронсевальском ущелье на арьергард французов, которым командует граф Роланд. Граф и его воины стоят до последнего и погибают. Карл впоследствии отомстит за героев и маврам, и предателям из своих.

Поэтическая мощь «Песни о Роланде» огромна, она сохранилась до наших дней, но соответствие сюжета реальным событиям, которые происходили за почти четыреста лет до появления поэмы, близко к нулю.

В 777 году к королю франков является Сулейман ибн аль-Араби, правитель Барселоны, Сарагосы и Хироны, и предлагает ему совместно свергнуть эмира Кордовы, который тиран и вообще никого не уважает. В случае успеха обещал отдать франкам богатые города к югу от Пиренеев. Карлу предложение понравилось, и, заручившись благословением Папы, он отправился вместе с одним неверным воевать против другого. Но после того как предприятие завершилось триумфом, упомянутый Сулейман резко охладел к компаньону, да настолько, что Карлу пришлось спешно возвращаться домой. Отход основных сил прикрывал отряд бретонского графа Роланда, на которого в том самом ущелье напали – и вовсе не мусульмане, а баски либо, по другим сведениям, гасконцы, которые, как пишет в книге «Европа и ислам. История непонимания» профессор Франко Кардини, «в любом случае, несомненно были христианами». Случилось это, как уверяют, 15 августа 778 года.

Не стоит даже предполагать, что неизвестный гениальный автор «Песни о Роланде» намеренно лгал, перелицовывая в гимн доблести и жертвы за веру обычную для тех времен военно-политическую сделку, в которой руководствовались выгодой, а не верой. Прошло почти четыреста лет, и он творил уже в совсем иной реальности. Племена Европы стали народами – немцами, французами, англичанами, – осознающими в полной мере, что христианство – главное и, по сути, единственное, что объединяет их и принципиально отличает от людей другого мира, исламского. Крестовые походы стали свидетельством борьбы за освобождение общих святынь из рук неверных. Во времена, когда Карл и Роланд были живыми людьми, а не персонажами, такого понимания еще не было. Хотя в средневековой европейской литературе встречался образ благородного мавра, это было скорее демонстрацией собственного благородства, признающего достоинства врага, но не допускающего саму возможность его духовной правоты и мира с ним. В реальности христианские государи, как и русские князья, случалось, водили «полки поганых» против других христианских государей, общая убежденность в невозможности мира с сарацинами только крепла – в том числе и потому, что люди ислама думали точно так же. Поэтому каждую жесту «Песни о Роланде» венчает призыв, объясняющий все: «Мы – правы, враг – не прав, и с нами Бог! Аой!»

Священная война

Помимо русских летописей, половцы стали коллективным персонажем «Слова о полку Игореве», созданным почти в то же время, что и «Песнь о Роланде», таким же неизвестным нам гением. В отличие от французской поэмы, обращавшейся к событиям четырехвековой давности, «Слово» было написано по горячим следам неудачного похода новгород-северского князя Игоря Святославича на степняков в 1185 году. Со школьных лет мы усвоили, что «Слово о полку Игореве» – призыв к единению русских князей и земель перед лицом общей страшной угрозы, зародившейся в Великой степи. Но сама угроза представляла собой некую безликую силу, схожую со стихийным бедствием, насылаемую Богом за главный грех родственной вражды – и в этом одно из отличий «Слова» от поэмы о Роланде, где враг имеет вполне ясный образ, свое, враждебное христианскому, понимание воли Божией и наилучшего устройства мира. То, что в опере Бородина «Князь Игорь» половецкий хан Кончак показан великим воином, ничем не уступающим Игорю в благородстве, не отражает того древнего понимания степняков – это целиком авторский вымысел.

Подлинные половцы – или кипчаки, куманы, куны – тюркоязычный кочевой народ, распространившийся в XI–XIII веках на огромной территории от Балхаша до устья Дуная, – разоряли древнерусские земли, уводили людей в рабство. Понятно, что в народной памяти они закрепились как чужой и враг. Однако в реальной политике, так же как в Европе, с ними не только воевали, но вели «брачную дипломатию», заключали военные союзы. Половцы вместе с русскими полками пережили катастрофу в битве с монголами на Калке, после которой начали исчезать из истории, растворяясь в других народах и порождая новые.

Предшественниками половцев были печенеги – тоже тюрки, кочевники, которые совершали набеги, уводили в рабство и были участниками временных союзов и так же исчезли из истории, окончательно разбитые объединенными войсками половцев и византийцев у стен Константинополя 29 апреля 1091 года.

Народы эти сгинули «яко обре» (обры – еще одна напасть, древняя, мутная, но страшная уже для современников летописца Нестора), а Русь осталась и, проходя через испытания, начинала осознавать свой путь и миссию быть оплотом истинной веры там, где христианский мир соприкасается с миром темным и чужим.

Для средневекового француза или немца пророк Мухаммед был еретик, но все же человек, его последователи – враги, но все же люди. К тому же европейцы многое переняли у мусульман, культурно опережавших их. Нам у печенегов-половцев, обитавших в принципиально иной жизни и культуре, перенимать было нечего – уцелеть бы…

Для Руси народы Великой степи, неразличимые по сути, приняли образ чудовища, смертоносного облака, орды, силы, которой «нагнано черным-черно», – такими они и остались в нашем сознании. Именно к этой древней матрице русской души обращается великая песня «Священная война», поднимающая на смертный бой «с фашистской силой темною, проклятою ордой». Так что сравнение печенегов-половцев с эпидемией, которая тоже «сила темная», вполне закономерно.

Кстати, неправильно считать, что безликий образ врага – только наша особенность. Нет, именно такими по большому счету изображает русских Голливуд. Но об этом – в следующий раз, возможно, скоро – дома-то еще неизвестно сколько сидеть…

Читать все новости

Реплики


Видео

Фоторепортажи

Также по теме

Без рубрики
24 мая 2022
В федеральном тренде
Региональный центр спортивных сооружений (РЦСС) во второй раз  стал лауреатом ежегодной всероссийской премии «SportsFacilities» в номинации «Лучшая управляющая компания». Престижная
Красноярский симфонический берет разгон
Красноярский академический симфонический оркестр сегодня знают во всем мире. Он приобрел известность, новое качество звучания, мобильность, на его концертах неизменный
24 мая 2022
Медицина: возвращение к планам и графикам
На днях в режиме видеоконференции состоялся разговор министра здравоохранения края Бориса НЕМИКА с представителями муниципальных СМИ. Министр ответил на множество