Меню Поиск
USD: 73.60 -0.23
EUR: 86.91-0.07
№ 33 / 1309

Вооруженные памятью

Крайний справа Сопкин Федор Никитович 76 лет прошло со дня Великой Победы. Через полтора месяца исполнится 80 с того дня, когда прогремели первые залпы Великой Отечественной. Много это или мало? С точки зрения истории срок небольшой. С точки зрения человеческой жизни – немалый.

С каждым годом все меньше остается участников той войны. Такова печальная данность. Но пока жива память, Великая война не станет плоской страницей учебника истории. А есть ли пределы у памяти?

Трое из миллионов

Уже 60 лет я разыскиваю своих родных, которые ушли защищать страну от фашистских захватчиков», – пишет нам Валентина Павловна Кравченко из Красноярска. – Отца, Кравченко Павла Васильевича, 1912 года рождения, кадрового военнослужащего. Убыл с восточной границы из города Харанор на Запад. Дядю – Сопкина Федора Никитовича, призванного на службу 20 ноября 1939 года из города Петропавловска (Казахстан). Дядю, Строкатова Павла Федоровича, 1912 года рождения. Призван в ряды Советской армии 22.09.1941 года.
Все они погибли в самом начале войны. Но вот что вызывает удивление. И уважение. Валентина Павловна родилась в 1940-м. В 1941-м ей исполнился всего год. И, конечно, у нее не могло остаться воспоминаний о своих родственниках. Но все же она ищет их 60 лет. И даже не их, а всего лишь места, где они похоронены. Ищет деятельно, активно изучает материалы архивов. Подключила к поискам даже Первый канал Центрального телевидения. И конечно, детей: сына и дочь, которые оказывают маме любую посильную помощь в ее, иначе не скажешь, миссии памяти.

Сколько усилий стоило найти хотя бы какую-то информацию о судьбе трех из миллионов безвестно павших защитников Отечества, Валентина Павловна особо не распространяется. Просто говорит: «Я упорная».

Первый и последний бой

На сегодня ей удалось узнать судьбу двух своих родственников. Вот что рассказывает Валентина Павловна:

«Сопкин Федор Никитович был зачислен сначала в 34-й стрелковый полк, а затем в 286-й стрелковый полк 90-й дивизии. Полк был дислоцирован в городе Валга Эстонской ССР.
18 мая 1941 года часть полка под командованием командира полка майора Гулевских выехала на строительство лагеря в Литовскую ССР. Строительство было закончено 26 мая 1941 года.

После этого подразделение приступило к плановым занятиям. В ночь с 18 на 19 июня полк в полном составе (без тылов) вышел по боевой тревоге к государственной границе и занял оборону в районе Папрелис.

А 22 июня после четырех часов артподготовки и обработки переднего края нашей границы противник по всему фронту перешел в наступление. В 10:35 в бой с отборными частями СС вступил 1-й батальон под командованием капитана Данилова.

В 11 часов в бой вступили 2-й и 3-й стрелковые батальоны. Так началась Великая Отечественная война, и так эти мальчишки, не успевшие получить званий и наград, стали без вести пропавшими.
Другой дядя Валентины Павловны, Павел Федорович Строкатов, погиб 5 февраля 1942 года в Новгородской области (город Малая Вишера) во время авианалета. Он захоронен в братской могиле, в которой покоятся 185 человек. Шефствует над захоронением Маловишерский стекольный завод.

Осталось найти место последнего боя самого родного для Валентины Павловны человека – отца, и она уверена, что узнает это.

История Валентины Кравченко – всего лишь один пример, показывающий, что память о войне жива, кто бы и что бы ни говорил по этому поводу. Еще один, самый впечатляющий пример, – «Бессмертный полк».

Кстати, Валентина Павловна, несмотря на возраст, недавно прошла в шествии «Бессмертного полка» в Москве. Впечатления от огромного людского моря, как она рассказывает, потрясающие:
И не верьте никому, кто говорит, что это организовано. Такое организовать невозможно.

Не подменить и не забыть

Это хорошо, когда есть память. Память об ожоге подсказывает нам, что нельзя хвататься за раскаленную плитку.

Точно так же и память о войне. Пока помним, есть надежда, что не повторится. Тем более время нынче тревожное.

Очень многие хотят забыть или заменить настоящую память на ложную. Например, недавно в Киеве прошел марш в честь дивизии СС «Галичина». Кто-то «забыл», что войска СС, в состав которой входила «Галичина», признаны Нюрнбергским трибуналом преступной организацией. Другие сочли, что именно «Галичина» наряду с гетманом Мазепой – это и есть столпы национальной гордости Украины.

Но как бы то ни было, преступное это киевское шествие – очередной клин между двумя славянскими народами. Потому что не смогут те, кто идет в «Бессмертном полку», назвать братьями тех, кто марширует под сенью свастики.

Вот так потихоньку, по кусочку отгрызается то, что было создано в 1945-м. Тот миропорядок, который призван был не допустить новой геополитической катастрофы. Пусть все созданные для этого механизмы были несовершенными, но они худо-бедно работали. А потом началась выборочная амнезия. Белград, Косово, парады ветеранов CC в Прибалтике… Теперь Украина. И все чаще звучат призывы покаяться, согласиться с тем, что мы такие же виновники мировой бойни, как нацизм.

Потому что все срочно «забыли» про мюнхенский сговор Германии, Франции и Англии, про то, как Польша и Венгрия под шумок присоединяли области оккупированной немцами Чехословакии.

И ведь интересно, что у болезни этой четкие последствия. Во-первых, больные не желают принимать лекарства в виде исторической истины. Во-вторых, все многочисленные приступы беспамятства имеют вполне предсказуемую направленность: отгрызать кусок за куском, парализовать волю и снова отгрызать. И если это не агрессия, то что такое агрессия?

А особая подлость здесь в том, что все происходит тихо, без сосредоточения танковых армад на государственных границах. И даже под благопристойными лозунгами вроде «устранения белых пятен», «восстановления исторической справедливости».

И вот мы имеем уже не только давление извне, но и адептов покаяния внутри, призывающих все признать, все отдать и вообще при каждом удобном случае подставлять левую щеку.

Может быть, мы когда-нибудь станем такими. Но тогда это будем не мы. Во всяком случае, не продолжатели дела тех, кто умирал в 41-м, защищая государственную границу.

И единственное доступное нам оружие, чтобы этого не случилось, – живая память. До тех пор, пока мы будем знать, как и где защищали Родину наши отцы, деды и прадеды, до тех пор, пока будем ощущать свою преемственность с ними.

Вот, собственно, в этом и есть смысл того урока длиной в 60 лет, который дает нам Валентина Павловна Кравченко.

№ 33 / 1309

Комментарии:

Добавить комментарий

Все поля обязательны для заполнения


Свежий выпуск

Видео