Меню Поиск
USD: 77.92 -0.04
EUR: 91.31+0.00
№ 76 / 1254

Эта скромность только во вред

В каких случаях пациентов с четвертой стадией онкологии можно вылечить

Фото Александра Купцова В лидерах во всем мире – и Красноярский край не исключение – числится колоректальный вид рака, о котором мы имеем очень смутные представления. Многие стесняются обратиться к врачу, даже если уже замечают что-то неладное. Что уж говорить про начальные стадии онкозаболевания прямой кишки, протекающие бессимптомно.

После 45 – на колоноскопию

– Увеличение продолжительности жизни, курение, неправильное питание, когда употребляем много жирной и жареной пищи и мало растительной, привело к тому, что рак прямой кишки сейчас входит в пятерку самых распространенных онкозаболеваний, – поясняет Владимир Беляев, врач-онколог отделения онкоколопроктологической хирургии Красноярского краевого клинического онкологического диспансера им. А. И. Крыжановского. – Плюс появились более совершенные возможности диагностики. Если в 90-е годы у нас в стране каждый год выявляли 45 000 человек с колоректальным раком, то сейчас их уже 65 000.
Диагноз, конечно, неприятный: вовремя не обнаруженная опухоль постепенно прорастает в слизистую и порой достигает таких размеров, что фактически перекрывает просвет кишки, дает метастазы в печень и легкие.

Но есть простой и дешевый способ обследования, который помогает установить диагноз именно тогда, когда еще ничего не болит. Это анализ кала на скрытую кровь, который назначают в процессе диспансеризации после определенного возраста. Если он положительный – можно заподозрить: причиной стала опухоль. Но бывает, что кровь появляется из-за трещины или геморроя, который никогда в рак не переходит.

Если вам уже исполнилось более 45 лет, лучше всего пройти колоноскопию – исследование кишки с помощью специального аппарата, который выводит изображение на экран и дает возможность врачу хорошо рассмотреть слизистую.

Если замечен подозрительный участок – можно тут же взять ткань на биопсию. Нередкой находкой в процессе становится небольшое новообразование – полип. Его обязательно удаляют с помощью специальной петли, которая вводится через колоноскоп. Почему? Потому что врачи уверены: убрал полип – спас пациента от рака.

Крошечное образование в редких случаях содержит раковые клетки, а вот вероятность того, что их найдут в полипе размером 4–5 сантиметров, составляет примерно 70 %.
– Рак почти никогда не появляется на ровном месте, – отмечает Владимир Беляев, – в основном онкозаболевания возникают при перерождении полипа. В среднем процесс трансформации доброкачественных клеток в злокачественные занимает около пяти лет. И колоноскопию советуют проходить не реже одного раза в пять лет. Если в итоге мы нашли единичные клетки, то на этом можно остановиться. Но если отмечена инвазия – прорастание в ткань кишки, – то показана операция по ее частичному удалению. Благодаря внедрению лапароскопических вмешательств это можно сделать через небольшие разрезы – в случае, если речь идет о ранних стадиях. Но что касается рака прямой кишки, то примерно в 30–35 процентах случаев в процессе операции приходится выводить колостому – специальный резервуар, в котором собирается кал. Другого выхода нет. Правда, из этого количества примерно у 70 % пациентов колостомы временные, то есть потом их уберут. Кроме того, есть современные модели, которые позволяют жить полноценно, не испытывая дискомфорта, – нормально работать, заниматься спортом.

Определить мутации

Если у родственника был диагноз «рак прямой кишки», нужно установить, не идет ли речь о семейном диффузном полипозе, при котором количество полипов исчисляется сотнями. Причина – в нарушении на генном уровне. Проктологи чаще всего дают рекомендацию удалять все отделы толстой кишки, где есть полипы. Только таким радикальным методом можно предотвратить рак.

– На первой стадии прогноз благоприятный – около 90 процентов пациентов живут пять и более лет, а вот при третьей – только 45 процентов, – говорит Владимир Беляев. – Однако в целом смертность существенно сократилась – если сравнивать даже с тем, что было 20-25 лет назад. Улучшилось качество лечения, хирургического в том числе. Применяем химиотерапию, таргетную терапию, иммунотерапию. Что касается четвертой стадии, то раньше пациенту давали полгода или год жизни максимум. Сейчас, когда есть единичные метастазы в печень или легкие и их можно удалить, в определенном проценте случаев можно говорить о стойкой длительной ремиссии. Пациенты живут и пять, и шесть, и восемь лет без признаков прогрессирования. Причина еще в персонифицированном подходе: лечат не просто колоректальный рак, а пытаются определить вид опухоли, типы мутаций в клетке – этим занимается наш молекулярный отдел онкоцентра – и потом воздействовать на эти типы «поврежденных» клеток с помощью таргетной терапии. А именно применять препараты, которые блокируют сигнальные пути внутри мутирующих клеток, и они теряют возможность делиться.

При определенных видах опухолей хорошие результаты дает и иммунотерапия, которая помогает нашей системе иммунитета распознавать «плохие» клетки и уничтожать их.
– Раковые клетки образуются каждый день в организме, но наш иммунитет убивает их, – рассказывает Владимир Беляев. – Но уже доказано, что уныние, стресс обладают иммуносупрессивным действием. Поэтому у наших пациентов, которые радуются жизни, прогноз лучше.

«Надо жить захотеть»

Многие склонны считать, что рак из-за плохой экологии образуется. Но, например, Жирик Барсегович в живописнейшем районе края, Каратузском, уже почти полвека прожил. Вредных привычек не имеет. А в 2016 году в онкоцентре оказался. И сразу – четвертая стадия.

Несколько лет назад до этого он в Крым поехал, потом в Армению, к родным.
– Начались проблемы с кишечником, я решил, что из-за смены воды, – рассказывает мужчина. – А когда совсем плохо стало – на скорой забрали, отправили на колоноскопию. И вот она, опухоль! Поехал на операцию в Красноярск, там не только часть прямой кишки удалили, но и метастазы из печени вырезали. Я очень благодарен врачам – и Беляеву, и Несытых. Но от назначенной химиотерапии я, честно сказать, хотел вначале отказаться. Зашел в кабинет к Беляеву, а он: «Да мы вас с того света вытащили, проходите!» Выписали таблетки, дома принимал. И вот, слава Богу, уже четыре года все хорошо.
Врачам онкоцентра Жирик Барсегович благодарен. А вот на тех, к которым раньше ходил, обижается: «Да неужели нельзя было мне раньше сказать, что колоноскопию нужно делать, я бы даже за деньги прошел!»

Сейчас это исследование мужчина даже друзьям своим советует, и сам про него не забывает. Недавно опять пару полипов нашли и тут же удалили. Свой случай он называет настоящим чудом и теперь внимательно следит за здоровьем:
– Каждый день у меня гимнастика – не менее 40-50 минут, потом вечером – прогулка обязательно, если менее 20 градусов мороза. По совету людей ем косточки абрикоса: считается, что в нем содержится витамин В17, предотвращающий размножение раковых клеток. Постоянно пью зеленый чай с имбирем и куркумой. Зелени много ем – каждую весну высаживаю петрушку, укроп. Мясо красное не полезно – это я знаю, но шашлык немного все равно ем. А вообще надо жить захотеть – я так думаю!
Жирик Барсегович старается на своем диагнозе не зацикливаться. В местном клубе выступает, поет. А недавно клип записали, где он исполняет песню Кикабидзе «Пожелание». Правда, музыкального образования получить так и не удалось.
– Я хотел, но не получилось, – вспоминает Жирик Барсегович. – Отец с войны инвалидом вернулся. А я – старший сын. Еще школьником начал ездить на заработки. Но вообще у меня много грамот благодарственных за выступления. В арт-кафе когда собираются, мне песни заказывают. Пою. Людям нравится.

№ 76 / 1254

Комментарии:

Добавить комментарий

Все поля обязательны для заполнения

Свежий выпуск

Видео