Меню Поиск
USD: 77.7 -0.14
EUR: 91.56+0.24
№ 78 / 1256

Здесь включаются сердца

За десять лет в Федеральном центре кардиохирургии Красноярска провели почти 50 тысяч операций

Осенью 2010 года краевая система оказания медицинской помощи людям, страдающим сердечными заболеваниями, вышла на новый уровень. В Красноярске, пригласив лучших специалистов и закупив самое современное оборудование, открыли федеральный кардиохирургический центр – один из семи появившихся на тот момент на территории страны.


Когда сердце неправильное

Открыли именно здесь, у нас, хотя в качестве претендентов рассматривались и другие регионы. Но выбор был сделан в пользу края – благодаря истории красноярской кардиохирургии, ее достижениям.

Долгое время во всем мире болезни сердца лечили таблетками – и даже для самых тяжелых пациентов другого варианта не предполагалось. Вплоть до 50-х годов, пока не была разработана система искусственного кровообращения, никто не мог понять – как выполнить оперативное вмешательство, если прикосновение скальпеля к главному органу человека просто остановит его навсегда?


Начинают, и в Красноярске в том числе, делать операции в условиях гипотермической защиты. Если бы мы заглянули в операционную краевой примерно лет 50–60 назад, то увидели, как пациента обкладывают льдом, который собирали тут же, под окнами, на Енисее, и носили в ваннах. Существенно охлаждая тело, добивались состояния, когда сердце максимально замедляет свой ритм, давая хирургу буквально 8–10 минут. Дольше – уже опасно. Но проходило время, технологии совершенствовались.


И долго еще на базе краевой больницы врачи делали максимум из того, что можно было делать в тех условиях. На весь край – одна-единственная операционная.
– Я обращался в администрацию больницы и просил дать хотя бы еще одну операционную, – вспоминает Валерий Сакович, главный врач Федерального центра сердечно-сосудистой хирургии Красноярска. – В одной можно сделать максимум две операции в день, которые длятся по 4–5 часов. В двух – в два раза больше. Но в краевой больнице есть и другие
направления, и невозможно вложить все имеющиеся ресурсы в кардиохирургию. Здесь такая возможность появилась. Это просто был другой мир.

В этом мире больше не было длительного ожидания, растягивающегося на год, и ощущения леденящего ужаса, что сердце родного человека остановится раньше, чем подойдет его очередь. Получали долгожданное направление и родители маленьких пациентов, которым раньше приходилось смотреть, как их ребенок синеет и задыхается, а они ничего не могли сделать.

Детское – вообще особое отделение в Федеральном центре кардиохирургии: в краевой больнице не было никакой возможности оперировать ребенка младше двух-трех лет.

Его значение поймет лишь тот, кто хоть раз, глотая слезы, держал направление на прерывание беременности «по медицинским показаниям». После того как во время УЗИ диагностировался серьезный порок сердца и было принято решение, что с такими аномалиями развития ребенок просто не сможет выжить. В чем причина: генетический сбой или прием определенных лекарств? Точного ответа не сможет дать никто. Но далеко не всегда можно было узнать о патологиях крошечного сердечка на УЗИ. И смерть новорожденного почти сразу после его рождения становилась настоящим шоком.

А вариантов «неправильного» сердца очень много. Синдром гипоплазии левых отделов сердца – когда вместо полноценного органа формируется лишь половинка. Или транспозиция сосудов сердца, когда они меняются местами, лишая возможности полноценно работать.

Сейчас будущие мамы имеют возможность прийти на перинатальный консилиум, где в качестве экспертов приглашены и врачи Федерального центра кардиохирургии. И в том случае, когда единственный шанс на сохранение жизни – это операция почти сразу же после появления на свет, маму отправляют в перинатальный центр Красноярска.
– Это дает возможность доставить ребенка к нам уже через 15 минут, – отмечает Валерий Сакович. – Но есть случаи, когда женщины не приходят на консилиум и рожают в Норильске или Мотыгино. Тогда за ними отправляется группа санавиации: нередко оперировать необходимо уже на 1–2-й день жизни, когда мы понимаем, что третьего дня у нас просто не будет. Порок сердца не всегда становится причиной мгновенной смерти, но в очень многих случаях жизнь с ним сложно назвать полноценной. Вырастает больной человек, средний срок жизни которого 30–35 лет. А если сделать операцию вовремя, он будет абсолютно здоровым человеком, и в каких-то случаях его смогут даже допустить к спортивным соревнованиям уровня Олимпиады.

Клапаны по методу Озаки

Кардиоцентр позволил оказывать помощь сразу по нескольким направлениям – устранять врожденные и приобретенные пороки сердца, лечить нарушения ритма сердца – вживлять при брадикардии кардиостимуляторы, чтобы предотвратить ситуацию, когда медленно бьющееся сердце вдруг неожиданно останавливается совсем, или же менять сердечные клапаны с помощью эндоваскулярных технологий – когда через прокол на бедре по сосуду новый доставляется к месту назначения и раскрывается, приняв нужную форму.


Наверное, почти каждый, кому хоть раз приходилось держать в руках этот клапан, похожий на чуть сморщенный бутон, почти невесомый, не мог сдержать восхищения: как же искусно мы сделаны. А это только крошечная часть сердца. Но полноценная работа органа без клапанов невозможна: они смыкаются и размыкаются в течение человеческой жизни миллионы раз, изолируя венозную кровь от артериальной, обогащенной кислородом.

Сбой может произойти неожиданно: тяжелый грипп, ревматизм. Поврежденный клапан вынуждены менять на искусственный.

Но сейчас для хирурга золотым стандартом является сохранение, по возможности, собственного или же его реконструкция с помощью собственной сердечной ткани пациента.

Несколько лет назад в Красноярске начали делать операции Озаки, которая считается одной из самых сложных в кардиохирургии. Из перикарда выкраиваются новые лепестки створок аортального клапана – причем форма и площадь каждой из них рассчитывается индивидуально, с ювелирной точностью.

Вмешательство требует от хирурга высочайшей степени мастерства. Но именно оно способно избавить пациента от пожизненного приема антикоагулянтов – препаратов, которые препятствуют свертыванию крови, в случае, когда устанавливают искусственный клапан сердца. Иначе при образовании тромба человека могут не успеть даже довезти до больницы.

Впрочем, сколько уникальных – в прямом смысле этого слова – операций было выполнено за эти десять лет? Все на грани настоящего волшебства. Сейчас в отделении нарушений ритма Федерального сердечно-сосудистого центра, которое возглавляет Эдуард Иваницкий, проводятся все из существующих аритмологических вмешательств. Несколько лет назад здесь впервые в России выполнили хирургическое лечение аритмии будущей маме без использования рентгена.

Операция длилась 9 часов

Но бывают ситуации, когда ни одна, даже самая виртуозно выполненная, операция уже не спасет. Для того чтобы выжить, необходимо новое сердце. Трансплантация по праву считается вершиной кардиохирургии.

Около трех лет назад жарким июльским вечером на Караульную, 45, спешила, стараясь обойти все пробки, скорая помощь. Ей обязательно нужно было успеть – срок хранения донорского сердца всего около четырех часов. На операционном столе в кардиоцентре лежал 38-летний мужчина – около года назад у него произошел обширный инфаркт, и ни стентирование, ни аортокоронарное шунтирование не были эффективными – его сердце почти не работало и могло остановиться в любой момент.

Для первой трансплантации это был не самый простой пациент: из-за предыдущих операций образовались множественные спайки – сердце как бы срослось с окружающей тканью. Операция, которую выполняли главный врач Валерий Сакович и заведующий отделением № 3 Дмитрий Буянков, длилась девять часов. Девять часов, к которым готовились несколько лет: проходили подготовку в ведущих по трансплантологии учреждениях России, готовились к возможным осложнениям, которые могли возникнуть в процессе операции или после нее.

Но тогда сердце запустилось почти мгновенно, и обычному человеку, наверное, сложно осознать: как это возможно? Как сердце, которое только что лежало в специальном контейнере при температуре не выше четырех градусов, уже ожило в груди другого человека, давая и ему шанс на жизнь?

Это была победа не только кардиохирургов, но и целой команды численностью никак не менее трех десятков человек. Кардиологов, санитарок, медсестер, перфузиологов, которые следят за системой искусственного кровообращения. А еще в операционную – уже после того как сердце начало биться – вызывают врача функциональной диагностики для оценки особенностей работы органа. И врачей-лаборантов, которые тут же берут анализы, необходимые для того, чтобы оценить состояние пациента. Дальше его везут в реанимацию, где за его дыханием, насыщением крови кислородом и другими жизненно важными показателями следят уже другие специалисты – круглосуточно.

Выбирая сложнейшее направление

Да, можно потратить миллиарды и построить современное здание, приобрести лучшее оборудование. Но если не будет людей, которые готовы большую часть своей жизни посвятить спасению чужой, рассказывать просто не о чем.

Кардиохирургия – одно из сложнейших направлений в медицине. Чтобы делать операции на сердце, одного диплома медицинского вуза недостаточно.
– Минимум пять-шесть лет практики, и человек может начать самостоятельно выполнять простые вмешательства, – говорит Валерий Сакович. – Каждый из них проходит – это я по своему опыту и опыту своих учеников знаю – несколько этапов. Вначале очень страшно: много чего не умеешь. Потом, после первой сотни операций, приходит ощущение, что ты можешь уже все и вполне сравнялся с самим Богом. Но это тоже проходит: рано или поздно начинаются хирургические трагедии. И это тоже нужно пережить. Есть те, что не могут – и просто уходят. Но с моей точки зрения, настоящим хирургом становишься, когда у тебя есть сомнения перед операцией и ты хорошо понимаешь, когда надо рисковать, а когда нет. Когда знаешь, как разговаривать с пациентами: с одной стороны, они на тебя смотрят как на последнюю инстанцию, с другой – почти каждый из них фактически готовится к смерти, так как понимает, что во время операции будет остановлено сердце.
Успех операции, в том числе и в условиях искусственного кровообращения, когда вместо сердца работает аппарат и пациент находится как бы между двумя мирами – живых и мертвых, зависит не только от мастерства того, кто держит в руках скальпель, но и от его хладнокровия, собранности.
– Итог зачастую зависит не от того, как у тебя руки работают, а от того, как у тебя работает голова, – считает Валерий Анатольевич. – Решение порой приходится в операционной принимать мгновенно, на каком-то интуитивном уровне. И здесь не может быть плохого настроения, каких-то житейских проблем. Или все это остается за дверями операционной, или не надо тебе туда заходить. Не все так могут. Были ситуации, когда мне лично приходилось отстранять людей от операций. Я переживал, потому что, возможно, стать кардиохирургом была мечта человека, а я не позволял ей сбыться. Но по-другому нельзя: если не умеешь владеть собой, то в таком состоянии рано или поздно можешь сделать то, что приведет к беде.
Иметь невероятное самообладание. Быть готовым большую часть даже личного времени отдать учебе и постоянному совершенствованию. Не слишком ли это много? Но как иначе, если там, в операционной, ты должен сделать все, что возможно, и даже больше этого?

На сегодняшний момент в кардиоцентре выполняют фактически весь спектр имеющихся на данный момент в мире кардиохирургических операций. Это результат всего лишь десяти лет работы.

Кто-то, быть может, в рутине повседневности и не заметил, как прошло десятилетие. Но когда это не просто отрезок времени, а десятки тысяч людей, получивших возможность дышать, жить, отвести в школу своего

единственного ребенка, которому врачи еще несколько лет назад не дали бы ни малейшего шанса… Этого не заметить невозможно.

ВАЖНО

Десятилетие в цифрах

За время существования Федерального центра кардиохирургии в Красноярске было сделано:
– 48 тысяч операций, из них:
– 13 трансплантаций сердца,
– 4 109 операций детям, при этом вес самого крошечного пациента был равен 700 граммам.
– В течение десяти лет было проведено более 100 стажировок (в ведущих учебных центрах сердечно-сосудистой хирургии Новосибирска, Москвы, Санкт-Петербурга, кардиохирургических центрах Европы – клинике сердечно-сосудистой хирургии Бергамо (Италия), кардиоцентрах университетов Лейпцига (Германия) и Братиславы (Словакия), Мичиганской клиники (США), Австралии.
– Медицинская помощь оказана жителям около 30 регионов России – среди них не только Красноярский край, но и Томская, Иркутская области, Республики Тыва, Хакасия, Бурятия, Алтай.
– Центр сердечно-сосудистой хирургии в Красноярском крае обеспечивает современной кардиохирургической помощью более шести тысяч пациентов ежегодно

№ 78 / 1256

Комментарии:

Добавить комментарий

Все поля обязательны для заполнения

Свежий выпуск

Видео