30 Мая
20:18 
unnamed.png

Скачать

приложение «НКК»

    для мобильных устройств 
                  

Как живут вальсами

Как живут вальсами

Верхний Суэтук знают не только потому, что это полностью эстонская деревня. Все живущие в окрестностях в первую очередь вспоминают Верхнесуэтукский народный духовой оркестр имени Эрнста Кузьмича Леля. Деревенский музыкальный коллектив, который играет на свадьбах, проводинах, 9 Мая – на всех нехитрых местных праздниках. Основанный в 1901 году, чуть ли не старейший в крае, он – душа и визитная карточка этого крохотного населенного пункта.

Не будет оркестра – ничего не будет

Дверь деревенского клуба обита войлоком – открывать ее нужно быстро, чтобы не ушло тепло. Внутри крохотный зал с откидными креслами, бильярд в соседней комнате и огромный плакат, с него на репетицию молодых музыкантов смотрят заслуженные жители деревни: ветераны войны и труда. Каждый вечер, кроме понедельника, субботы и воскресенья, сюда прибегают мальчишки – на репетицию с восьми до девяти. Духовой оркестр они знают с младенчества: ни одно деревенское событие без него не обходится, – и так 116 лет. Как говорят сами музыканты, оркестр образовался просто: переселенцам, эстонцам и финнам, было грустно без музыки, они написали единоверцам письмо, и те прислали духовые инструменты. Сначала коллективом руководил финский музыкант Гальвец, он играл на корнете и писал для оркестра танцевальные партитуры. Уже в начале прошлого века оркестр с большим успехом гастролировал по ближайшим деревням. В 30-х многие музыканты были репрессированы – оркестр все равно продолжил существование. И только во время Великой Отечественной играть было некому, но уже в 1947-м в деревне опять звучали марши, вальсы, польки. Так оркестр пережил все, и не в самых простых экономических условиях продолжает существовать сейчас.

Каждый руководитель этого коллектива по-своему харизматичен, но все вспоминают Эрнста Кузьмича Леля, который больше 30 лет руководил коллективом, – при нем оркестр пережил свой ренессанс.

– Нас 24 человека тогда было, я сам по фотографии из Швеции считал, и было это в 1966 году, – Николай Игнатьевич Кензап вспоминает, когда собирался самый большой состав, сам он играет уже 50 лет.

– А сейчас пятеро мальчишек и взрослые, но можем и 15 человек собрать. Если приедут те, кто раньше в деревне жил, – подхватывает нынешний руководитель Алексей Юрьевич Полежаев, он совсем молодой – всего 26 лет в оркестре, руководит им 6 лет, – можем и 20 собрать, но для этого нужно, чтобы уже со своими инструментами приходили.

Вернувшиеся музыканты – не такая уж и редкость: в соседней комнате играет в бильярд Мари-Лиз Гаврилова, ждет начала репетиции. Играла она с 8-го класса, а потом забросила – уехала учиться в Красноярск, думала там остаться, но влюбилась и вернулась с мужем домой. В родную деревню. Сейчас они каждый вечер спорят, кто сегодня идет на репетицию. Муж тоже играет, причем неплохо.

– Бывает, что договариваемся с кем-нибудь, чтобы с ребенком посидели, и вдвоем приходим. Оркестр – это такое хобби в нашей деревне. Меня прямо тянет играть, нравится очень. Это знакомства, общение, поездки, даже в другую деревню интересно съездить. И руководитель хороший, когда не злой, – шутит она.

Оркестр при Эрнсте Леле получил звание народного, а это обязывает Алексея Полежаева держать высочайшую планку, именно поэтому суэтукцев так тепло встречают не только в крае, но и за рубежом.

– Да не будь оркестра, деревня бы уже вернулась в эпоху неолита, – улыбается Николай Игнатьевич. – Не будет оркестра – ничего не будет.

«Нас никто не заставляет»

– Мне больше всего нравится вальс «Печаль души», – мальчишки прижимают к груди инструменты и рассказывают о любимых мелодиях.

– А мне марши нравятся, почти все. А современная музыка – она не такая мелодичная, что ли.

Ребят в этот раз на репетиции четверо. Они долго спорят, кто кого привел в оркестр: Юган Полежаев, ему 12, рассказывает, что начал ходить первым, «а потом эти прибились».

– Это я его привел, – шуточно возмущается Руслан Павлов, ему 14, это он любит марши. – Я в 8 лет начал играть, а потом забросил, не помню почему. Вернулся, и мне понравилось. Мой средний брат играет и мама тоже.

Стивен и Дима Блум – погодки, говорят, что пришли вместе, у них в оркестре играл дед. А так-то выступления слушают «лет с шести», вспоминает Стивен.

Сперва было сложно, говорят мальчишки, все произведения казались такими длинными: легких не хватало. Сейчас все проще, хочется учить новое.

– Чтобы играть в оркестре, нужно... – Юген задумывается, – нужен слух музыкальный. И дыхалка.

– Но главное – желание вообще играть, – дополняют мальчишки.

Такие поздние репетиции – только для того, чтобы они успели сделать все дела и прибежать сюда. И длятся всего час, чтобы юные музыканты успели выспаться – утром-то в школу. Школа в Верхнем Суэтуке малокомплектная, отстоять ее удалось чудом. Сейчас она и клуб с репетициями – два «градообразующих предприятия» деревни, в которой нет и 200 жителей. Наступит лето, и репетиции прекратятся: работы в сезон настолько много, что с музыкой она уже не совмещается. А вот зима, когда окрестности засыпает глубоким снегом, – самое время для творчества. Лету остаются гастроли – оркестр не может отказать соседям, которым нужна музыка на праздники.

Почти музейные экспонаты

В «гастролях» оркестр никому никогда не отказывал. Ходят байки о временах Эрнста Леля, когда одного из музыкантов жена отказалась пустить играть на похоронах в соседней деревне. Схитрила – постирала парадные брюки. Лель принес свои, и поездка состоялась. Сейчас выезжать сложно: для перевозки детей нужен специально оборудованный транспорт, да и стоимость горючки высокая. Алексей Юрьевич признается по секрету, что на нее уходит почти вся зарплата директора клуба. А живет он, как и многие здесь, подсобным хозяйством.

– Вы только инструмент крупно не снимайте, – говорит Николай Игнатьевич. – У нас тут почти что музейные экспонаты. Вот эта труба 1966 года, есть бас 1965-го.

В других условиях инструменты давным-давно отправились бы на свалку, но не здесь. Новые приобретать очень дорого, вот и хранят бережно то, что есть. Хотя от новой трубы не отказались бы.

Репетиция начинается, ребята играют наравне со взрослыми, переворачивая рукописные ноты на стареньких пюпитрах. Есть тетради с маршами, вальсами, отдельно записаны эстонские песни, которые раньше пели только бабушки, а теперь вспоминает и молодежь. В один момент Алексей Юрьевич останавливает – все начинают сначала. Главное в оркестре, говорят музыканты, играть в команде: профессиональное ухо легко слышит, когда кто-то убежал на долю секунды.

– Просто игра в оркестре – командная работа, – завершая репетицию, говорит Мари-Лиз. – Нужно уметь слышать друг друга.

– И чаще жену целовать, чтобы губы тренировать, – подтрунивает Николай Игнатьевич.

После репетиции все разойдутся по домам, в клубе выключат свет, и Верхний Суэтук станет самой обычной деревней. До следующей репетиции.

0 комментариев


Оставить комментарий
  • Защита от автоматических сообщений
 
статьи
 Налоговая служба 
Инфографика