В воскресенье я проснулась сама не своя. Какая-то неясная тревога на душе, ощущение никчемности и безвыходности. Такое бывает, особенно когда накануне провела вечер в одиночестве или в компании подруг, таких же «удачливых», как я. И особенно после череды дней, перенасыщенных событиями.
…И тогда я подняла голову, спрыгнула с кровати, сделала несколько шагов в сторону кухни, замерла и резко повернула обратно. Ноты – уже потрепанные и выцветшие – я нашла в старой коробке с аккуратно спрятанными моими записками, ксерокопиями, открытками, безделушками – в общем, со всем тем, с чем так жалко расставаться уже больше десяти с лишним лет.
Из десятка музыкальных книжечек я отрыла-таки пьесы для фортепиано. Остальные – скрипичные: когда-то я окончила музыкальную школу по классу скрипки. Но через какое-то время так же благополучно подарила свой инструмент дочери одноклассницы. Но пианино-то осталось.
Сказать, что оно пылилось в углу комнаты, я не могу. Оно периодически протиралось влажной тряпочкой. Однако за долгие годы простоя оно успело расстроиться. Несколько раз на него покушались мои младшие двоюродные братья и сестры. Я – широкой души человек – готова была подарить без проблем. Но в силу того что пианино большое и просто так с пятого этажа его не вынесешь и не отвезешь в деревню – оно осталось стоять на своем месте. И сегодня меня это обрадовало…
Я нажала «до». Правая нога инстинктивно потянулась к педальке громкого звука.
Через пять минут я уже наигрывала гаммы.
…Пьеса – названия, к сожалению, не помню – была моим выпускным произведением. Всплывают в памяти слова моего учителя: «Здесь надо совсем тихо, почти неслышно!», «Пальцы, следи за пальцами!», «Сейчас начну бить по рукам!». На самом деле учитель не был таким суровым, но строгим и справедливым. А я немного ленивая (что вы от меня хотите в 15 лет, когда в голове совсем другие ветра?).
Сначала я прошлась по партии левой руки, затем – правой. Странно, но буквально за 15 минут я вспомнила всю мелодию целиком. Соблюдая все forte и piano. И это спустя более чем 10 лет! Через полчаса я уже играла без нот, практически с закрытыми глазами.
Солнце еще было такое весеннее, яркое. Пробивалось сквозь коричневатые шторы — оно меня согревало. Как и маленькая простенькая нежная мелодия, затронувшая самые глубины моей души.
