Фото Олега Кузьмина Водитель нашей машины на мой вопрос, сколько же улиц в Хатанге, ненадолго задумывается: никогда не считал. Главная улица здесь Советская, которая плавно переходит в Геологическую. Остальные девять – только ответвления от этих двух центральных «магистралей». Когда-то Хатанга была районным центром, здесь до сих пор сохранилось название «Хатангский районный суд». Местные шутят: района нет, а суд есть.

Строительство пошло в глубинку


После объединения Таймыра с Красноярским краем село Хатанга превратилось в административный центр сельского поселения, но продолжает жить своей обособленной жизнью – слишком далеко оно находится и от столицы региона (тысячи километров), и от центра Таймырского Долгано-Ненецкого муниципального района – Дудинки (почти 700 км). В составе сельского поселения еще девять отдаленных поселков (самый северный в 280 км от центра, южный – в 180 км), живут в которых в основном коренные малочисленные народы Севера. На огромной территории в 336 тысяч километров обитают от силы пять тысяч человек. Можно сказать, один человек живет на 67 квадратных километрах этой арктической земли. Вот она – территория свободы и одиночества!

Главной проблемой и жители, и глава Хатанги Александр Кулешов называют труднодоступность. На Крайний Север завозится все – от продуктов первой необходимости до угля и стройматериалов. Так что доступность – очень важный фактор жизни за полярным кругом. Будь тут дороги – автомобильные или железнодорожные, может быть, и жилье строилось бы активнее (спрос на новостройки велик). А сейчас из нескольких десятков домов только два относительно новые – их возвели шесть лет назад. Переселили в них 30 семей из ветхих бараков, поаплодировали строителям, и на этом стройка закончилась. Остальные дома, которым уже больше 50 лет, ремонтируют по мере возможности – то железным профилем обошьют, то утеплят немного. Но местные жители жалуются: зимой в щели задувает ветер. К слову, с отоплением тут все в порядке, уголь для местной котельной доставляется во время северного завоза. Везут его из Дудинки по Северному морскому пути – в обход всего полуострова Таймыр. Стоимость жилищно-коммунальных услуг субсидируется из краевого бюджета: по настоящим ценам местные жители просто не смогли бы платить. В арктическом поселке за электроэнергию платят в среднем тысячу рублей в месяц. Это мизер по сравнению с настоящей ценой ресурса в условиях зимней полярной ночи.

Сейчас стали строить дома в отдаленных населенных пунктах для коренных малочисленных народов Севера. Край выделяет на это деньги, с каждым годом все больше.

– Пять лет назад начинали со строительства трех домов, – рассказывает глава сельского поселения Хатанга Александр Кулешов. – А в прошлом году возвели два дома в поселке Катырык и три дома в Хете. Нынче два дома в Хете построят и четыре в поселке Новом. А в планах на 2019 год уже 11 домов. Для нас это существенные цифры.

Александр Валерьевич вспоминает: и раньше экспериментировали – завозили стройматериалы в далекие поселения. Но строительство не велось – специалистов нет. КМНС, всю жизнь прожившие в балках и чумах, не умели сложить сборный или брусовой домик. Так что результата от эксперимента – ноль.

– А сейчас все планово идет, – удовлетворенно замечает глава Хатанги. – Это дает возможность работать с подрядчиками. Основной строитель сегодня на территории – Хатангский морской торговый порт.

Среди жителей арктических поселков очередь на жилье приличная. Порядка 16 семей здесь вообще не имеют домов. Они постоянно живут в тундре, а приезжая в поселки, останавливаются у родственников.

Оленей нет, работа есть


На территории сельского поселения три градообразующих предприятия – Полярная геолого-разведочная экспедиция (у предприятия были трудные времена, но оно выкарабкалось, продолжает работать), аэропорт Хатанга и Хатангский морской торговый порт. Есть здесь детсады, начальные образовательные учреждения и школы-интернаты для старшеклассников, больница и ФАПы, дома культуры, клубы и детские центры. Среди коренных когда-то было развито оленеводство (в сельском поселении Хатанга около четырех тысяч жителей – из КМНС), но сейчас это ушло в прошлое. Оленеводов практически не осталось, стада иссякли. По берегам рек все больше неосвоенных пастбищ, на которые зарятся оленеводы соседней Якутии.

– Загадка, – разводит руками Александр Кулешов. – Почему оленеводство у нас умирает? На западе Таймыра в тех же условиях финансирования и господдержки переизбыток оленей, пастбищ не хватает. А у нас, на востоке, оленей все меньше и меньше. Транспортная схема у нас чуть сложнее. Но не думаю, что это отражается на выпасе стада. Хотя нынче на Дне оленевода в поселке Новорыбном заметил хорошую тенденцию: больше стало оленьих упряжек. В оленеводство приходит 17-летняя молодежь.

Некоторые представители КМНС находят работу на местных градообразующих предприятиях.

– Коренные также работают учителями, врачами, – перечисляет Александр Валерьевич. – Практически вся культура укомплектована местными кадрами…


Долганы ушли в культуру


С культурой здесь, действительно, все в порядке. Ни в одном сельсовете не увидишь такого обилия творческих коллективов, столько ярких костюмов, а главное – народных талантов, которые с удовольствием отдают свое свободное время национальным танцам, песням, декоративно-прикладному искусству.

Долганы и нганасаны – люди творческие. Изготовление национальной одежды, вышивка, резьба по дереву и кости становятся их основными занятиями, которые дают заработок.

– Талантливых людей в поселках очень много, – рассказывает режиссер центра народного творчества Ольга Попкова. – Многие из них лауреаты краевых и всероссийских конкурсов. Сейчас, например, свои изделия в Москву повезет Федор Семаков. Он самородок – нигде не учился, но так хорошо из дерева вырезает, рисует красиво.

Специалисты Хатангского центра народного творчества специально по арктическим поселкам ездят – ищут таланты. Например, в поселке Новом работает мастер-косторез Максим Фальков. Переехал из Дудинки в Хатангу еще один резчик – Николай Киргизов. Он и из бивня мамонта фигурки режет, и из рога оленя.

Этих мастеров центр народного творчества берет под свое крыло – обеспечивает их сырьем, инструментами. Многие числятся работниками творческого объединения. Оканчивают курс декоративно-прикладного искусства и народных промыслов в Таймырском колледже в Дудинке и работают художниками, графиками, косторезами, мастерицами.

– У нас второй год после окончания колледжа молодая мастерица работает – Лиля Хорби, – рассказывает Ольга Попкова. – Варвара Попова, Мария Биту создали для центра коллекцию национальных костюмов пяти этносов, проживающих на Таймыре. Сейчас мы ее выставляем на разных мероприятиях, праздниках. На концертах наши ансамбли в этих костюмах танцуют. Варвара Попова даже получила звание «Мастер – золотые руки Красноярья».

Красоту национальных костюмов, изготовленных местными мастерицами, мы смогли оценить тем же вечером на большом концерте в Хатангском дворце культуры. Ученики местной школы-интерната с самого рождения пребывают в родной национальной среде. С молоком матери впитывают умение выбирать бисер и вышивать узоры. А учителя и культработники в Хатанге стараются поддержать их интерес к своим корням. Напоминать о традициях и обычаях предков, чтобы не забывалась эта наука, продолжалась из поколения в поколение.

Ворота Арктики

Морской порт и аэропорт Хатанги называют воротами в Арктику. Не обойтись здесь без этих предприятий.
Морские…

Хатангский морской торговый порт называют форпостом Северного морского пути. И не случайно. Только у этого предприятия в наличии суда, способные пройти через самые сложные участки Северного Ледовитого океана.

Стоит морской порт на реке Хатанга, которая впадает в море Лаптевых. Первый пароход здесь прошел в 1936 году, но морской порт появился только в 1954-м. С тех пор по Северному морскому пути доставляют в Хатангу и поселки сельсовета самые различные грузы.

Старожилы рассказывают: в 1990-х годах предприятие чуть не погибло. Возродилось в 2006 году, стало акционерным обществом. И с тех пор наращивает силы.

В этом маленьком поселке на окраине Арктики увидеть столь продвинутое и процветающее предприятие – уже чудо. Сегодня на его плечи (вернее, суда) ложится основная часть перевозок пассажиров и грузов в Заполярье. Другого пути здесь, действительно, нет – только в обход полуострова Таймыр: через Карское море, пролив Вилькицкого, моря Лаптевых и Восточно-Сибирское до Берингова пролива.

– Самый сложный участок – пролив Вилькицкого, – отмечает исполнительный директор Хатангского морского торгового порта Олег Грязютин. – Здесь особая ледовая обстановка.

Большое количество подводных опасностей, частые туманы, почти постоянное наличие льда и слабая изученность течения.

В порт Хатанга могут заходить не все морские суда, только с небольшой осадкой (до четырех метров). Это усложняет работу перевозчиков. Суда доходят до залива в море Лаптевых, перегружают уголь, нефть и прочие товары первой необходимости на другие корабли. У предприятия в наличии 30 судов класса «река – море» с большой и маленькой осадкой, в том числе ледокольного типа.

Впрочем, ходят корабли Хатангского морского торгового порта не только по северам. Работают по всему миру. Навигация в Арктике начинается в июле, так что всю зиму наши суда перевозят грузы в Южном полушарии.

– Сейчас, пока не началась навигация на Севере, одно из наших судов стоит в Ла-Манше, другое к Суэцкому каналу подходит, – рассказывает Олег Грязютин. – По Черному и Средиземному морям зерно возим.

Хатангский морской торговый порт – выручка для поселения, в котором базируется, во многих проблемах. Во-первых, трудится здесь более 300 человек. А во-вторых, предприятие помогает населенным пунктам в строительстве жилья и социальных учреждений, Хатангу обеспечивает углем с собственного разреза. Компания развивает идею энергонезависимости поселков Крайнего Севера, а потому отказалась от затратного северного завоза топлива и стала разрабатывать Хатангское месторождение бурого угля.

…и воздушные

Если Хатангский морской торговый порт прирастает новыми объектами, развивается и укрепляет свою инфраструктуру, аэропорт еле дышит.

В советские времена это было успешное предприятие, местная авиация обслуживала совхозы, расположенные в глубинке, рыбацкие и охотничьи точки, буровые нефтяников, геологические и научные экспедиции. И сегодня без хатангского аэропорта Таймыр не может жить. Отсюда вылетают вертолеты, которые собирают ребятишек по стойбищам, чтобы привезти в школы-интернаты к началу занятий. Отвозят обратно к родителям. Да и сообщение с отдаленными арктическими поселками зимой возможно только по воздушной трассе. Отсюда можно добраться в Норильск, Красноярск или на Диксон. Кроме того, через Хатангу проходит кроссполярная воздушная трасса. И этот аэропорт мог бы принимать дальнемагистральные лайнеры. Так что очень нужен аэропорт в восточной части Таймыра.

16 марта 2018 года аэропорт Хатанга исключен из государственного реестра аэродромов и вертодромов гражданской авиации России, действует сейчас как посадочная площадка без сертификата, подтверждающего ее соответствие требованиям федеральных авиационных правил. Как отмечают специалисты, меры эти вынужденные и временные, пока не найдутся деньги на сертификацию (58,6 млн рублей).

Работа идет в штатном режиме: самолеты и вертолеты принимают и отправляют в рейс. Взлетно-посадочная полоса здесь в хорошем состоянии, ремонтировалась в 2009 году. А вот здание аэропорта уже должно стоять закрытым на замок.

– Наша большая проблема – отсутствие аэровокзала, – говорит директор аэропорта Хатанга Игорь Санченко. – Здание аварийное, выведено из эксплуатации, мы через него только ходим.

Построенный в 1950-х годах аэровокзал, действительно, в ужасном состоянии – деревянные полы вздулись и стоят колесом, потолки того и гляди обвалятся.

Положение дел в хатангском аэропорту обсуждается на различных совещаниях и встречах. В прошлом году, например, прозвучала цифра: на приведение этого объекта в нормальное состояние потребуется 1,5 млрд рублей. Тогда руководство Таймыра предлагало сдать аэропорт в концессию богатой компании, которая навела бы здесь порядок. Нынче прошла реорганизация авиационных предприятий, местные аэропорты перешли в ведение АО «КрасАвиаПорт», сформированного на базе Черемшанки.

– Надеемся, будут изменения, – говорит Александр Санченко. – У «КрасАвиаПорта» есть планы, проекты по строительству аэровокзалов.

Впрочем, руководитель «КрасАвиаПорта» Андрей Колесников отмечает: в Хатанге возведение здания аэровокзала начнется не раньше осени 2019 года. И с сертификацией взлетной площадки большие проблемы: земельный участок, на котором расположен аэропорт, в федеральной собственности и почему-то имеет категорию земель населенных пунктов. Пока не удастся оформить территорию как земли промышленности, о получении сертификата можно забыть.

КОММЕНТАРИЙ

Юрий ЗАХАРИНСКИЙ, и. о. заместителя председателя правительства Красноярского края

– Связь Красноярской Арктики с материком обеспечивают три морских порта – Хатанга, Дудинка и Диксон. А также семь аэропортов – Норильск, Хатанга, Диксон, Игарка, Туруханск, Подкаменная Тунгуска, Светлогорск. Приведение в порядок инфраструктуры арктических морских портов и аэропортов – непременное условие эффективного использования Севморпути.

Село Хатанга – одна из важнейших опорных точек не только Северного морского пути, но и контроля за российским сегментом Арктики в его геополитическом смысле. А Хатангский морской торговый порт – градообразующее предприятие и социально ответственное. Оно вносит серьезный вклад в бюджет Таймыра и Хатанги налоговыми отчислениями, сегодня здесь трудятся более 300 человек. Кроме того, предприятие активно помогает сельскому поселению в решении насущных проблем – обеспечивает углем поселки и сельское поселение Хатанга, который завозится по Северному морскому пути из Дудинки, а также помогает в строительстве жилья в отдаленных поселках.

Если Хатангский морской торговый порт – предприятие, прочно стоящее на ногах, то аэропорт Хатанга требует принятия срочных решений, которые бы обеспечили транспортную доступность и Хатанги, и поселков сельского поселения, а также безопасность пассажиров. Я считаю, хорошим вариантом для возрождения аэропорта станет сдача объекта в концессию предприятию или компании, готовым вложиться в реконструкцию воздушных ворот Севера. Это могли бы быть как нефтяные компании «Роснефть» и «Лукойл», так и Хатангский морской торговый порт.

№ 34 / 1017

Комментарии:

Все поля обязательны для заполнения