Литературный путь Виктора Петровича начался в Чусовом, где жила семья его жены, – туда они приехали сразу после войны «в шинелишках» в 1945 году. Но маленький городок писателю не нравился, хоть и прожили они там достаточно долго – около 17 лет.
После учебы на Высших литературных курсах писатель уже собирался уехать оттуда, причем не куда-нибудь, а в Сибирь. Но его стали уговаривать остаться и даже пообещали жилье.
Спустя восемнадцать лет после войны, – напишет Астафьев, – мы получили долгожданную квартиру; и тогда я запомнил навсегда родившуюся в ту пору поговорку, что жизнь советского человека делится на две половины: до получения квартиры и после получения таковой. Квартира сдана нам была без света, без воды, без газа, с бетонными пробками в трубах и вывороченной плиткой в совмещенном туалете…
В семье же было уже пять человек – кроме супругов, уже почти взрослые дочь Ирина, сын Андрей, племянник Анатолий. Как вспоминал Виктор Петрович, даже ему, очень непритязательному, нужно было найти какое-то место, чтобы писать. Впоследствии у них появился домик в крохотной деревеньке Быковке.
Пермский период был очень плодотворным. А в местном книжном издательстве работали настоящие профессионалы – главным редактором в те годы был Борис Назаровский.
Не всякого Якова подпускал к себе, не всякому оказывал доверие и тем более наделял дружеским расположением, – вспоминал Астафьев. – Борис Никандрович, ироничный, тонко воспитанный меломан, эстет, проницательный человек и читатель… без демонстрации обидного превосходства Борис Никандрович образовывал мой читательский, музыкальный и прочий вкус. Он первый мне сказал, прочитав мои «уральские» рассказы и, естественно, роман, чтоб я не насиловал свой дар, не приспосабливал его к «неродной стороне», пел бы свою родимую Сибирь и сибиряков. Когда я написал повесть «Пастух и пастушка», Борис Никандрович первым откликнулся большим, отеческим письмом, сказавши в нем, что вот он, слава Богу, и дождался, что я начал реализовывать себя на том уровне, какой мне определил Господь.
Замысел «Пастуха и пастушки» возник еще в 50-е – это «должен быть вопль, плач о погубленной любви целого поколения», но написана повесть была начерно за три дня в Быковке.
В Перми же вышло самое первое издание книги «Последний поклон» – позже она будет дописываться, дополняться другими рассказами еще четверть века.
Именно в Перми в газете «Звезда» было опубликовано и первое произведение Марии Корякиной – рассказ «Детские годы». Впоследствии у жены Астафьева выйдет 16 книг.
Пермь и сейчас тесно связана с Астафьевыми – именно здесь в государственном архиве хранится личный фонд семьи, содержащий 1 569 единиц хранения. Это и рукописи, и черновые варианты романов «Тают снега» и «Прокляты и убиты», повестей «Веселый солдат», «Где-то гремит война», «Последний поклон», и переписка с правлением Союза писателей СССР, различными издательствами, редакциями газет «Молодая гвардия», «Комсомольская правда», музеями, друзьями, однополчанами, писателями и поэтами, в том числе А. Солженицыным и Е. Евтушенко.
