Меню Поиск
USD: 63.84 -0.37
EUR: 70.59-0.33
№ 66 / 1146

Большие проблемы маленьких

Почему в деревнях закрывают школы?

В селе Бобровка Большеулуйского района осталась только младшая школа, основную 1 сентября закрыли на замок В селе Бобровка Большеулуйского района в этом году не открылась основная школа. Учебное заведение в маленьком, отдаленном от райцентра селе – центр культурной жизни, небольшая вселенная, где детям не только науки преподают, но и социализируют их, развивают. Здесь находится место кружкам и спортивным состязаниям. Здесь проводят свой досуг взрослые – ведь пойти сельским жителям больше некуда. Нет театров и кино, прогулочных проспектов и торгово-развлекательных центров. Наверное, поэтому закрытие школы воспринимается местными жителями очень болезненно. Сельчане говорят: исчезнет школа – умрет деревня.


Сход был против

В редакционной почте уже не первое тревожное письмо: закрывается школа в маленьком селе. Первое пришло из Балахтинского района, на этот раз – из Большеулуйского. Родители учеников из села Бобровка пишут:

«В нашей Бобровской ООШ, филиале МКОУ «Новоникольская основная общеобразовательная школа», два небольших здания: для начальной школы (17 обучающихся) и для 5–9-х классов (27 обучающихся). Ученики 5–9-х классов ходят по двору на обед в школьную столовую, которая расположена в здании начальной школы. Из-за этого в апреле 2019 года состоялось родительское собрание, на котором заместитель главы района по социальным вопросам Борисова объявила, что здание, в котором учатся 5-9 классы, с нового учебного закроют. А детей будут возить в головную школу – Новоникольскую. В Бобровке останутся только начальные классы…

Начальник отдела образования администрации Большеулуйского района Межова и директор Новоникольской основной школы Сидорова объяснили это решение тем, что нет средств на строительство теплого перехода из одного здания в другое. Этот переход, с их слов, необходим по предписанию комиссии, которая проводилась в прошлом учебном году. Дети не должны ходить по улице в столовую...

На собрании депутаты сельсовета предложили обратиться к местным предпринимателям, чтобы они помогли с пиломатериалами, а мужчины-родители согласились бесплатно принять участие в строительстве перехода. Нам сказали, что это нереально выполнить.

Тогда родители и учителя предложили один из классов основной школы переоборудовать в пищеблок. Но представители власти снова были против: приготовленную пищу повар не имеет права переносить в термосах из одного помещения в другое.

В мае 2019 года по решению сельской администрации был собран сход жителей, на котором присутствовали родители из соседней деревни Черемшанка, их дети обучаются в нашей школе. Снова все жители, родители и учителя проголосовали за сохранение школы. Но представители власти заявили: в районе нет средств на строительство теплого перехода или переоборудование класса в пищеблок, потому в Бобровке останется только начальная школа.

Члены родительского комитета съездили в Большой Улуй к главе района Любкину, но услышали от него: здание основной школы ремонтировать не будут, дети могут учиться в новоникольской или большеулуйской школах…»

Путь в неизвестность

…Школа в Бобровке стоит практически посреди села. В этом небольшом населенном пункте (три улицы, 229 жителей) два места притяжения – клуб и школа. В ограде большая зеленая площадка, с любовью украшенная клумбами и деревянными фигурками. Видно, как трепетно относятся к своему учебному заведению учителя, учащиеся, их родители.

– Цветы высаживать мы помогали, – рассказывает мама троих детей (старший в 9-м классе, средний в шестом, младший в детском саду) Оксана Салтан. – Посмотрите, как у нас красиво. А нам предлагают все это оставить и отправить детей в Новоникольскую школу.

От Бобровки до Новоникольска 8 км, ходит автобус. Школа кирпичная, более новая. Но родителям она не нравится.

Ирина Григорович, родитель: «Наша школа деревянная, старая, но теплая и уютная. Я сама в ней училась, теперь мои дети ходят».

– В Новоникольске кочегарка прямо в здании школы, двора нет: выходишь – и сразу асфальтированная площадка. Коридоры узкие, классы и спортзал маленькие. Строилась она как общежитие, – поясняет другая родительница бобровских школьников, Ирина Григорович. – Почему мы должны отправлять туда детей, если наша школа хорошая? Пусть деревянная, пусть старая, но теплая и уютная. Я сама в ней училась, теперь мои дети ходят. Да и нелегко учиться не дома: освободился – и жди остальных, пока уроки закончатся. Только всех вместе домой повезут.

Родители говорят: раньше школу к новому учебному году белили, красили. И никаких проблем не возникало. Только в прошлом августе приехала в Бобровку комиссия, которая сделала массу замечаний. После этого и стали говорить о закрытии основной школы.

– Мы волнуемся, что будет дальше, – говорит Ирина. – Школы не станет – из села молодые начнут уезжать, останутся одни пенсионеры. И деревня будет умирать. У нас в округе уже все школы закрыли: в Черемшанке, Таежке, Новоеловке, Троицке. Из Таежки и Черемшанки в Бобровку детей привозят.

Справедливости ради скажем: о закрытии младшей школы в Бобровке речи не идет. Здесь сделали большой ремонт – поменяли осветительные приборы, выровняли потолки, оборудовали овощной блок с подачей продуктов через окно, установили новую вытяжку на кухне и очистную установку для питьевого фонтанчика, перекрыли часть крыши.

Не живем, а маемся…

Учителя бобровской школы рассказывают: их насторожила реорганизация двухлетней давности. В 2017 году две соседние девятилетки объединили в одну. Новоникольскую сделали головной, а бобровскую присоединили к ней в качестве филиала. Почему? – недоумевают педагоги. Ведь в новоникольском учебном заведении учеников гораздо меньше: в бобровской школе 44 ребенка, а у соседей 20.

– Мы уже два года как филиал существуем, хотя в Бобровке все были против объединения, – рассказывает учитель русского языка и литературы Валентина Колтыга. – Мы сами ходили с анкетами по дворам. Нам пообещали: как работали, так и будете работать. Но летний оздоровительный лагерь сразу перевели в Новоникольск. И за прошедшие два года в нашей школе ничего не делали. Наверное, можно было что-то исправить, но у нас гвоздя никто не вбил.

Когда журналисты НКК приезжали в Бобровку, до начала учебного года оставалось две недели. Учителя, как обычно, пришли на работу. Складывали в коробки вещи, связывали книги (учебники за 5–9-й классы велели передать новоникольской школе). Некоторые комнаты уже стояли пустыми, в других на стенах оставались наглядные пособия. Педагоги не хотели уходить из учебного заведения, в котором преподавали не один десяток лет. Многие из них не знали, найдется ли для них рабочее место.

Педагоги перечисляют: в новоникольской школе предложили работу учителям химии, физики и математики, русского языка и литературы. Преподавателя истории и обществознания отправили в Большой Улуй в молодежный центр, второму учителю русского языка предложили перейти в сельский Дом культуры, но она не согласилась. Что будет с учителем географии, вообще неизвестно. Из 12 педагогов были уверены в своем будущем только пятеро.

– Душа болит, с апреля не живем, а маемся, – говорят жители Бобровки. Они не хотят отпускать детей в другие населенные пункты. И главное, не понимают, почему их село, второе по уровню рождаемости в Большеулуйском районе (в этом году семеро ребятишек появилось на свет), лишили основной школы.

– Из 229 человек у нас 53 ребенка. Село молодое, – говорит заместитель главы Бобровского сельсовета Ольга Редькова. – Я подсчитала: до 2024 года у нас в школу стабильно 44 ребенка ходит.

Отремонтируем, как деньги появятся

В отделе образования Большеулуйского района уверяют: речи о закрытии основной школы в Бобровке не идет.

– Мы приостанавливаем деятельность по реализации программы основного общего образования, – поясняет руководитель отдела образования Алена Межова. – 21 августа 2018 года Рособрнадзор нам выдал предписание о нарушении лицензионных требований. У этой школы нет санэпидзаключения. На устранение нарушений дали всего год. Мы просчитали, заложили финансы, заказали экспертизу. В Бобровке еще и вода плохая – повышенный уровень железа и магния (из-за этого здесь запретили проводить летний оздоровительный лагерь), а СанПиН обязывает сделать ее хорошей.

На какое время закрывается основная школа в Бобровке, представители администрации сказать не могут.

Сергей Любкин, глава Большеулуйского района: «Если бы открыли школу с недоделками, получили бы огромный штраф. Здесь стены потрескались, потолки плохие и пороги высокие».

– Как только министерство даст нам деньги, мы тут же ее отремонтируем, – обещает глава Большеулуйского района Сергей Любкин. – А если бы открыли ее с недоделками, получили бы огромный штраф.

Сергей Александрович рассказывает: летом вложили в это учреждение 700 тысяч рублей из краевого и местного бюджетов. Решили полностью отремонтировать начальное звено, чтобы у проверяющих больше не возникало вопросов.

– Мы родителям поясняли: если распылимся на два здания, не устраним все нарушения. А денег больше не будет, – добавляет заместитель главы района по социальным вопросам Алена Борисова. – Тогда и началку придется на подвоз перевести. Поэтому решили сначала одно здание сделать. Малыши будут дома учиться. А с теплым переходом из основной школы проблема очень серьезная. Здание 1932 года постройки. При строительстве начнет двигаться. Архитекторы говорят: возвести переход возможно, но в какие суммы это выльется?

Бобровская школа только выглядит крепкой. Руководители района перечисляют: здесь нужно трещины и щели в стенах заделать, потолки и пол подлатать, сделать «правильный» туалет (он сооружен хозспособом самими работниками школы), еще один септик выкопать (два уже есть), пороги выпилить (они высокие, как в старых деревенских домах), оборудовать пищеблок и поставить в него технику.

– Всего 5,5 млн рублей получается, – констатирует Сергей Любкин. – У района таких средств нет. Один путь: идти в министерства образования и финансов – просить денег.

Дело принципа?

Родители учеников Бобровской основной школы определились, куда их ребятишки пойдут с 1 сентября. Большинство – в большеулуйскую одиннадцатилетку (в 19 км от Бобровки). И лишь единицы – в новоникольскую девятилетку. В районной администрации считают – родители пошли на принцип, сделали детей заложниками ситуации, ведь тем придется каждый день совершать путь вдвое больший, чем до соседней деревни.


Крутись как можешь

Все от главы зависит?
Главы районов, где существуют проблемы с малокомплектными школами, жалуются: нет денег на достойное их содержание. Не выделяют. Большинство районов в крае дотационные, им не под силу не то что построить на селе новое учебное заведение, но даже капитально отремонтировать его (как, например, в Бобровке).

Капля в море

Краевой бюджет выделяет средства на устранение в школах недостатков по предписаниям надзорных органов, но это капля в море.

– Ежегодно в краевой бюджет по программе развития образования закладывается 125 млн рублей на субсидии муниципалитетам, – рассказывает начальник отдела экономического анализа, бюджетного планирования и статистики министерства образования Красноярского края Инна Голубева. – Деньги выделяются муниципалитету на общее количество школ и на число обучающихся в них. Причем на сельского ученика выдается в три раза больше средств, чем на городского: школы в сельской местности маленькие, и детей в них немного. И чтобы была возможность подремонтировать эти учебные заведения, край оказывает поддержку.

Какие работы выполнить на эти средства, решает сам муниципалитет. Большеулуйский район, например, из краевого бюджета получил 573,5 тысячи рублей. Основная нагрузка по подготовке школ к учебному году ложится на плечи местного бюджета.

– Это прерогатива муниципалитета – заботиться о комфорте и качестве работы учреждений, – отмечают в министерстве образования. – Минобразования финансирует только образовательный процесс – зарплата педагогов и матобеспечение классов (опять-таки исходя из количества учеников и классокомплектов), а также финансирование руководящих и вспомогательных работников (лаборанты, библиотекари). А обслуживающий персонал (технички и сторожа) оплачивается районом. Тут все без изменений. Единственный нюанс: в предыдущие годы законодательство позволяло муниципалитетам увеличить расходы малокомплектных школ на учебный и вспомогательный персонал за счет больших учебных заведений. В 2019 году эта норма перестала действовать, и мы ее не продлили – думали, что территории реорганизовали свою сеть образовательных учреждений, и средств будет хватать. Но процесс оказался длительным. И этот пункт вернется в закон. Депутаты Законодательного собрания рассмотрят его, как только вернутся с каникул.

В министерстве образования замечают: у муниципалитетов есть и другая возможность получить деньги на ремонт школы. Например, поучаствовать в грантовой программе краевого минфина, который предоставляет выплаты на поддержку социальной сферы муниципалитетов. То есть будут ли отремонтированы школы в отдаленных деревнях, напрямую зависит от активности районной администрации.

Закрытия не предполагается

Сейчас в Красноярском крае 680 малокомплектных школ, обучаются в них 2 155 детей. Это все, что осталось после катастрофического снижения количества учеников в послеперестроечные времена. Тогда в деревнях массово закрывались школы, потому что детей не было. Только три года назад количество малышей в районах края начало расти.

– Сейчас закрываются в основном те школы, где мало детей. Или покосившееся и не подлежащее ремонту здание, а рядом стоит хорошее учебное заведение, куда можно подвозить ребят, – поясняет Инна Голубева. – Решение о закрытии принимают органы местного самоуправления, но с обязательным соблюдением процедуры. Необходимо провести сход и учесть мнение граждан. Если процедура не соблюдена, мы пишем письмо на главу района и предлагаем приостановить реорганизацию до получения положительного мнения местных жителей.

Кстати, как говорит Инна Валерьевна, в Большеулуйском районе приостановка деятельности школы на общем сходе не обсуждалась (нет официального протокола), и главе от минобразования ушло письмо с просьбой устранить недостатки: провести сход и все объяснить жителям.

Но в министерстве образования отмечают:

– Даже если не закрывать школу в Бобровке, открывать обучение в ней невозможно: нет разрешения Роспотребнадзора.

В минобразования считают, что муниципалитеты плохо работают с населением, не могут объяснить цель реорганизации малокомплектных школ, которая перманентно идет в крае вот уже 10 лет. Еще в 2009 году в некоторых муниципалитетах открылись 200 филиалов учебных заведений.

– Реструктуризация замысливалась для улучшения качества образования, – говорит Инна Голубева. – В селах нет достойной материальной базы, педагогический состав возрастной. А создание филиалов позволит объединить кадровый ресурс, педагогов, работающих в больших школах, ориентировать на малые. Чтобы они в режиме командировок ездили в села и деревни и проводили занятия. Соседние школы могли бы пользоваться материальной базой друг друга – спортивными залами, компьютерными классами. И административная нагрузка на малые школы снижается, если они становятся филиалами. Реструктуризация не предполагает закрытия школ. Но если муниципалитет не может донести это до населения, люди не понимают и начинают возмущаться.

Фото автора

№ 66 / 1146

Комментарии:

Все поля обязательны для заполнения

Свежий выпуск

Видео