Кто украл победу над бандеровцами

Кто украл победу над бандеровцами
Zen.yandex.ru

17 июня 1946 года МВД СССР приняло план по ликвидации бандеровского подполья. Документ предполагал серию крупномасштабных боевых операций. Утверждение плана вовсе не означало начало войны – она началась еще в 1944 году, как только Красная Армия освободила от немецких нацистов Галицию, Волынь и Закарпатье. Более того, и эту дату можно считать условной, поскольку борьба советских партизан с бандеровцами велась уже в 1942–1943 годах.

Разделка людей

Ярослав Галан, известный западноукраинский драматург, писатель, публицист, публикует в 1945 году очерк об ОУН-УПА* , который начинает с леденящей душу сцены.

«Четырнадцатилетняя девочка не может спокойно смотреть на мясо. Когда в ее присутствии собираются жарить котлеты, она бледнеет и дрожит как осиновый лист.

Несколько месяцев назад в воробьиную ночь к крестьянской хате, недалеко от города Сарны, пришли вооруженные люди и закололи ножами хозяев. Девочка расширенными от ужаса глазами смотрела на агонию своих родителей.

Один из бандитов приложил острие ножа к горлу ребенка, но в последнюю минуту в его мозгу родилась новая «идея».

– Живи во славу Степана Бандеры! А чтобы, чего доброго, не умерла с голоду, мы оставим тебе продукты. А ну, хлопцы, нарубите ей свинины!..

Хлопцам это предложение понравилось. Они постаскивали с полок тарелки и миски, и через несколько минут перед оцепеневшей от отчаяния девочкой выросла гора мяса из истекающих кровью тел ее отца и матери».

Галана бандеровцы убили в 1949 году во Львове. Его очерк имел заголовок «Чему нет названия» – автор считал, что в языках, украинском и русском, нет подходящего слова, чтобы обозначить такого рода людей…

Стоит отметить отличие германского террора от украинского: у немцев уничтожение людей, точнее «этнических единиц», велось промышленным способом – отсюда и фабрики по переработке человеческих тел в сырье, и склады, затаренные этим «сырьем»; а для бандеровцев – «творчеством». Столетние дубы, к которым спирально приколочены железнодорожными костылями и большими гвоздями младенцы; трупы, прибитые к стенам изб – и с потухшей папироской во рту; обычай отпраздновать что-то с хозяевами, а потом разделать их, как в вышеприведенном эпизоде; прийти в деревню и забить колодцы мертвыми телами… Как признался автору один очевидец из тех мест, «они вроде за Украину были, но как придут у сэло, козлы принесут и давай людей пилами пилить, вот их и боялись…»

Сила страха

Но такая «художественная» жестокость была частью машины, созданной специалистами абвера и местными умельцами. В наши дни от этой доктрины осталась глубокая вера украинских нацистов, что массовый страх творит чудеса.

Сама структура была почти идеально продуманной – вот как ее описывает Роман Носиков.

«ОУНовцы взяли за административную единицу село, в котором должно быть не менее двухсот дворов. Если в селе не набиралось столько, то объединялось несколько, до нужного количества.

Дальше националисты действовали по тройственной системе, т. е. три села объединялись в станицу, три станицы в подрайон, три подрайона в район, три района в надрайон, три надрайона в виддил.

Надрайон и виддил у них были областными структурами, а всю территорию Украины поделили на четыре части (луча). Во главе всех этих лучей стоял Центральный провод ОУН* во главе с Проводником.

Основным был луч «Захид» – северо-западный, включающий в себя Галичину и Закарпатье, остальные были второстепенными и поддержкой местного населения не пользовались.

На базе села существовали различные мастерские по всем видам ремонта, цеха переработки сырья и пошива одежды и т. д. и т. п. Вся хозяйственная часть была очень похожа на наши колхозы и совхозы».

Повязаны все

У этой системы имелось две принципиально важные особенности: она не действовала в городах (потому украинский нацизм совершенно справедливо называют «селянским») и имела абсолютную вовлеченность в нее местного населения – от стариков до парубков, служивших связными. Одним из которых, кстати, был будущий президент нэзалэжной Ленечка Кравчук – впоследствии переквалифицировавшийся в видные комсомольцы и партийцы. Дисциплина поддерживалась все тем же террором.

«В каждой станице была боевка СБ (служба безопасности) из 10–15 человек, тщательно законспирированных, с виду местных жителей. Отличались они неимоверной жестокостью, хуже всяких дудаевцев, убивали при малейшем подозрении на сотрудничество с советскими властями. Как пример – случай с семьей Ивана Семеновича Рухи. Он был вызван в райотдел НКВД для допроса по поводу участия в бандеровских бандах. Был признан невиновным, уехал домой, и в тот же день была расстреляна вся его семья вместе с детьми и сброшена в колодец. Иван оказался тяжело раненным. Вылез из колодца, добрался до гарнизона и рассказал об участниках расстрела, среди которых оказался и председатель сельсовета – член боевки СБ».

Украли победу

Борьбу с бандеровцами принято считать чем-то вроде контртеррористической операции, но в действительности это была полномасштабная война с участием крупных войсковых соединений – с той лишь особенностью, что органы контрразведки играли в ней исключительную роль. История войны на западе Украины не написана до конца, но во всяком случае она занимает множество томов.

Для нас же самое важное в ней – итог, сказавшийся в наши дни. К середине пятидесятых основные силы ОУН-УПА* были разгромлены, однако «зрада» пришла, откуда не ждали. В сентябре 1955 года вышел указ «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны 1941–1945 гг.». Освободили по ней более сотни тысяч, из которых значительную долю составляли осужденные бандеровцы. Сейчас не такой уж секрет, что Хрущев этим существам почти открыто – как земляк – благоволил. Проявлялось это уже на ранних стадиях борьбы. Как вспоминал ветеран госбезопасности, «когда в 1946 году мы вышли на уровень надрайонного руководства, следы потянулись в ЦК Украины во главе с Хрущевым – тут нас и остановили».

Бандеровцы вернулись домой, после ХХ съезда получили статус жертв сталинских репрессий и начали активнейшим образом внедряться в партийный и советский аппарат. Это к вопросу о том, откуда взялись такие персонажи, как инструктор обкома Ирина Фарион или тот же юный «партизан» Кравчук…

По данным историка спецслужб, ветерана КГБ Георгия Санникова, за десять лет борьбы с оуновским подпольем погибли 25 тысяч военнослужащих, сотрудников органов госбезопасности, милиции и пограничников, более 30 тысяч человек из числа советского партактива. Вместе с тем с 1944 по 1956 год советскими органами госбезопасности уничтожено около 155 тысяч боевиков УПА*, в том числе ключевые руководители Роман Шухевич, Дмитрий Клячкивский, Александр Луцкий, Петр Олейник и другие.

* Организация, запрещенная в РФ

Читать все новости

Реплики


Видео

Фоторепортажи

Также по теме

Вернуть потраченное
В связи с непростой экономической ситуацией можно отложить много различных трат, но ни лечение в клиниках, ни прием необходимых лекарств
2 июля 2022
МИР Сибири: как доехать, где жить, что смотреть
В сотрудничестве с дирекцией фестиваля gnkk.ru разработал путеводитель по фестивалю. Читайте и приезжайте в Шушенское хорошо подготовленными к четырехдневному релаксу.
Молоко по новым технологиям
О молочно-товарной ферме в Ильичево мне сказали: «Такое не пропустите!» И действительно – на поле, которое в 2017 году еще