«Северный фольклор – это страшная сказка на ночь»

«Северный фольклор – это страшная сказка на ночь»

Евгения и Юлию Поротовых долгане считают своими художниками. Прошлым летом они задумали путешествие на малую родину Евгения – в поселок Сындасско, что у залива моря Лаптевых, но не добрались – помешал шторм. Несколько часов шли по Хатанге, но уже по темноте, окоченевшие от холодных ветра и брызг, добрались только до Новорыбного. Проезжающий мимо человек, увидев их, радостно воскликнул: «О, наши художники приехали!».

Фольклор и жизнь

— В Новорыбном Женя нашел родственников в первом же доме, — рассказывает Юлия.

— И во втором, и в третьем, и в пятом, — добавляет Евгений.

Поротовых в этом поселке, как и в Сындасско, очень много. Есть версия, что в этих местах обращал долган в православную веру священник по фамилии Поротов. И всем крещеным, раз уж они стали его духовными детьми, давал свою фамилию.

Юле больше нравится другая версия появления фамилии. По ней корни лежат в смешанных браках местных женщин и ссыльных казаков во времена становления долганской народности. Казаков, перед тем как сослать, пороли. В ссылке у местного населения они получали прозвище Поротовы. А когда женились, и семьи получали соответствующие фамилии.

Поротовым приятно, что на Севере их считают своими художниками. Евгений родился и вырос здесь, хорошо знает долганский язык, разговаривает на нем с детства – русский начал изучать только в школе. Он пропитан культурой своего народа и сам ее носитель. Фольклор – та среда, в которой он вырос. И это не преувеличение.

Мама Евгения – Антонина Алексеевна, почетный гражданин Хатангского района – долгие годы собирала устное народное творчество. По зову сердца в командировках и в нерабочее время записывала рассказы и песни старожилов. Она трудилась в Доме народного творчества в Хатанге. Была знакома с поэтессой, основоположницей долганской письменной литературы Огдо Аксёновой, которая сильно повлияла на ее увлечение фольклором.

Дига Баба, компьютерная графика, 2016 год

Она и сама писала сказки и пьесы, основанные на народных сказаниях. Много лет руководила детским театром. Сын сыграл роли всех героев сказок, что мама записала.

И рисовала хорошо. Эта способность передалась всем ее шестерым детям. Но Евгений один из всех сделал искусство своей профессией.

Окончив школу в 1995 году, сначала он поступил в Российский университет дружбы народов (РУДН). На экологический факультет.

 Я не знал, что это такое, просто понравилось название, — смеется он. И добавляет, что это был целевой набор для северян.

Как он выражается, «промыкался» в РУДН семестр и понял, что все это – высшая математика, физика, информатика, химия — совсем не его.

Семейный талисман, компьютерная графика, 2016 г.

Но и в РУДН нашлась отдушина — Женя освоил рисунок на компьютере. Он еще не знал, что это вид искусства и называется он диджитал-арт. После трудных и нелюбимых лекций с наслаждением рисовал вечерами с помощью институтской техники.

Сдав сессию лишь наполовину, поехал домой на каникулы и решил в Москву не возвращаться.

Хлебное дело

Песня рыбака, 2014 г., холст, акрил, серия «Легенды»

Евгений никогда не стремился быть художником – с детства мечтал стать водителем «Урала». Это во все времена было хлебным делом, а в 90-е особенно. Вот им-то и решил заняться. Отучился полгода на шофера, сдал на права и устроился в геологическую разведку.

 Иду домой довольный, радостный – в понедельник меня ждут на работе. Встретил маму: «Ой, я сегодня поговорила с женщиной. Она мне рассказала, что в Норильске есть колледж искусств, там учат на художников!»

Пока они шли домой, все обсудили и решили: поработать водителем еще успеется. Почему бы не попробовать стать художником? И не предупреждая тех, кто его ждал в понедельник на работу, в воскресенье Евгений вылетел в Норильск подавать документы.

Резьба по дереву

В колледже осваивал мастерство резьбы по кости и дереву. Все четыре года занимался с большим интересом и удовольствием, и ни разу не вспомнил о мечте стать водителем «Урала».

Получив красный диплом – редкий в те годы случай для Норильского колледжа, – решил поступать в Красноярский художественный институт, на факультет «станковой графики».

 Для меня это были просто красивые слова, я не знал, что это такое, но мне очень захотелось заниматься именно «станковой графикой», — вспоминает сегодня Евгений.

Это решение стало неожиданностью для отдела образования Дудинки, так как обычно все, кто хочет учиться дальше, едут в Петербург, в педагогический институт имени Герцена, где есть северное отделение. Но педагогом он становиться не хотел, а хотел заниматься графикой.

Ему объяснили, что тогда придется поступать по конкурсу, – не испугали. Евгений продолжал приходить и просить направление. Он так долго, по собственному выражению, «мозолил глаза» сотрудникам управления, что они не выдержали и договорились с КГХИ (Красноярский государственный художественный институт).

Быстрый бег оленей, литография, 2004 г.

Фанату станковой графики организовали выездную комиссию – уникальный случай для института. Он успешно сдал все экзамены в Дудинке и был принят на выбранный факультет.

А на втором курсе, на практике в Хакасии, куда студенты КГХИ традиционно выезжали на пленэры, Евгений познакомился с Юлей.

«Там же север, замерзнешь!»

Она из Барнаула и, как сама говорит, всегда была художницей.

В 9 лет по дороге с занятий домой увидела объявление о наборе в художественную школу. Принесла его домой. «Пробуй, учись», — сказала мама.

А в выпускных классах школы перешла в экспериментальный класс художественной графики в лучшую на тот момент гимназию Барнаула. И попала в фантастическую среду. Здесь к ученикам относились как студентам, перед занятиями ребята пели «Гаудеамус», сутками пропадали в гимназии, занимаясь творчеством.

Великий охотник, холст, акрил, серия «Легенды», 2018 г. Таймырский краеведческий музей, Дудинка

Получив аттестат, Юля пошла в художественное училище, где окончательно почувствовала себя в своей среде:

Еще в первой своей школе я ходила в литературный кружок, где мы писали стихи и издавали поэтические сборники. Пять лет я была там автором и оформителем. У нас была прекрасная руководительница Екатерина Михайловна Филиппова – она детей зажигала и учила. Мы с ней до ночи сборник оформляли, исправляли ошибки, на ксероксе размножали. Мамочки вручную набирали каждую страницу на печатной машинке, какой-то знакомый за небольшую сумму все это переплетал. А мы потом делали презентации.

Мы сейчас вдвоем с Женей можем взяться и полностью сделать книгу. Последняя наша книжка «Под созвездием Большой Медведицы» так и была сделана: мы взяли мамины тексты, наняли писателей, переводчика. Сами подготовили макет к печати, сделали иллюстрации.

Но на самом деле, чтобы посвятить себя любимому делу, ей пришлось проявить характер.

Одинокий богатырь, компьютерная графика, 2016г.

Когда с красным дипломом закончила художественное училище, она захотела учиться дальше в Москве. Но родители побоялись отпускать девочку так далеко. Тогда решила ехать в Красноярск.

Ты что – там же север, ты замерзнешь! – испугались родители, всю жизнь прожившие в Алтайском крае.

С самого начала учебы в институте ей пришлось работать и осваивать смежные специальности – сначала одной, потом вместе с Женей. Нужно все время развиваться, подчеркивает Юлия. По ее твердому убеждению, одним академическим багажом ничего не добьешься.

После третьего курса Евгений поехал домой, на север, и все каникулы занимался заготовкой рыбы: солил, сушил – так он заработал на первый в их жизни компьютер.

 

Именно на нем параллельно с учебой ребята, которые уже не расставались, осваивали графические пакеты, курсы по 3D-дизайну, анимации — все, которые можно было найти.

С этими «параллельными» навыками, окончив институт в 2006 году, они устроились в фирму по разработке мини-игр для социальных сетей. Это захватило их – было похоже на создание мультиков, о чем они оба мечтали в детстве.

Но спустя несколько лет стало скучно – в большинстве игр содержание однотипное – и они ушли в свободное плавание. Так появилась творческая мастерская «Поротоварт».

И вот уже десять лет мы с Женей занимаемся только искусством и только творчеством. В 2012 году уволились со всех работ и вот этим, – Юлия обводит взглядом висящие на стенах и лежащие на верстаках картины и книги, – живем.

Молодец – кто выжил

Солнце — Шаман, смешанная техника, 2014 г.

Зато сейчас все их творчество посвящено любимому Северу и долганской культуре. При этом народные песни, сказания и представления, с которыми вырос Евгений, они стремятся адаптировать – чтобы сказки можно было читать ребенку на ночь. Такой получилась их с Юлей первая книга, основанная на собранном его мамой материале. Такими они хотят сделать и следующие издания из этой серии – записей накопилось много.

 Фольклор – это не детская история, он – для взрослых. А северный фольклор – это такая страшная сказка на ночь, — считает художник.

В давние времена фольклор заменял телевидение, интернет, радио, говорит Евгений. Были люди, которые ходили от стойбища к стойбищу. Их очень ценили, потому что они приносили новости. Известия много раз пересказывались, обрастали подробностями, превращались в легенды.

Ворон похищающий солнце, смешанная техника, 2014 г.

Мифология северных народов гораздо более жесткая, чем, например, русская, – уже пропущенная через призму православия, с его представлениями о добре и зле.

 Там добродетель даже другая. В русских сказках молодец тот, кто всех спас. А в северных тот, кто в живых остался. Суровее условия жизни – суровее и сказки.

Там другие моральные принципы, — соглашается Юля, – главное выжить. Это – честные взрослые сказки.

Сложность работы над фольклором в том, чтобы, переработав, сохранить дух и поэтику Севера, не исказить суть.

Когда мы делали книжку «Под созвездием Большой медведицы», на основе собранных мамой материалов, у нас многое не получалось: и с издателем были проблемы, и в целом все шло непросто. Мы много спорили, обсуждали. И в какой-то момент Женя говорит: «Мне кажется, ничего из этого не выйдет…». А я ему говорю: «Конечно, мы можем не делать, но пока мы делаем, хотя бы надежда есть…». И когда книжка вышла, у нас просто взорвались соцсети – такой отзыв пошел. Все наши уехавшие долганы стали нам звонить, писать. Она проявила долган, которые разъехались по всему миру и, казалось, уже потеряли свои корни. Мы почувствовали, что есть сердцевина народа и она живая.

Мы знали, что будет много критики. Нам пришлось переделать даже добродетель – чтобы персонаж был добрый и поучительный, а не хитрый и злой, как это было в первоисточнике.

Крещение, компьютерная графика, 2014 г.

Была в их творчестве и обратная задача. Когда иллюстрировали два долганских Евангелия для детей: одно — по заказу Дома народного творчества, другое – Норильской и Туруханской Епархии. Оба издания вышли на двух языках: русском и долганском.

 Задумка была сделать книгу так, будто бы это произошло две тысячи лет назад на Севере. Чтобы долганским детям Евангелие было ближе и понятнее.

Куратором проекта была матушка Илариона (Сухова). Вместе с ней Поротовы обсуждали каждый образ: Христа, Девы Марии, волхвов, пастухов. Каждый из них должен быть близок северянам. Так, Назарет в книге представлен в виде стойбища – в тундре же две тысячи лет назад не было каменных домов. Пастухи предстали в виде оленеводов.

 Здесь по каждой иллюстрации шли долгие споры. Вот, например, момент изгнания торгующих из храма. Изображать Христа с плеткой в северном детском Евангелии крайне нежелательно. Мы решили, что это будет свет, и в первую очередь от него все торговцы и убежали. Это была очень интересная работа и новый духовный опыт, — признаются Юля и Евгений.

За это Евангелие они получили архиерейскую грамоту. Все рисунки выполнены на компьютере, с имитацией работы по замше из оленьей или лосиной шкуры — ровдуге. Это долганское детское Евангелие уже прозвали «кожаным». И теперь авторы мечтают исполнить его иллюстрации реально в коже.

На компьютере иллюстраторы работают гораздо эффективнее. Намного быстрее создается и сам рисунок.

— А не убивает «цифра» в рисунке жизнь?

 Если ты не умеешь рисовать, компьютер тебе не поможет, если умеешь – не помешает. Это всего лишь инструмент. Мы даже старинную акварель делаем на компьютере. Потому что знаем, как она ведет себя в реальности.

А еще цифровизация помогает распространению искусства там, куда картины бы не доехали никогда. Серию своих иллюстраций Поротовы в виде постеров подарили на 395-летие Хатанги местному Дому творчества. И работники культуры теперь возят их по поселкам.

«Мы – художники, нам можно»

Поротовы стремятся сохранить долганскую культуру живой, чтобы она не превратилась в выставочную, лубочную или чисто музейную. Чтобы не растворилась в традициях других народов настолько, что и следов не найдешь.

Они считают, что дома народного творчества и музеи свою работу делают хорошо – все сохранено, описано и изучено: образцы изделий, фольклор, особенности быта. А вот, чтобы все это было живо и использовалось не раз в году на День оленевода, а постоянно – это задача творческих людей.

Она не простая, но вполне решаемая, тем более что в народе все еще живы и традиции, и язык.

 Мы перед поездкой летом на Таймыр думали, что все будет печально. А там даже дети разговаривают на долганском. Вернее, на смеси долганского, русского и английского. Слова из других языков, конечно же,  проникают, но они адаптируются и приобретают долганское звучание — становятся своими.

В описании северных традиций очень важны детали, и даже в самых мелких нельзя ошибиться, иначе ты будешь рассказывать уже о совсем другом народе. Как, фантазируя, не погрешить в картине против достоверности?

 Мы художники — нам можно, – Евгений и Юлия весело смеются и уточняют. – Это, во-первых, а во-вторых, у нас все родственники, знакомые, все бабушки – на связи. Если есть вопросы, мы сразу звоним.

Связывая культуру с повседневной жизнью, они работают в нескольких направлениях. Одно из них – коллекция обуви из арт-войлока «Долганочка». Здесь все сделано вручную, кроме подошвы. Художники сами и войлок валяют, и модели придумывают, и на подошву ставят. При этом бисер используют аутентичный – с Таймыра.

 Этот от унтаек моей мамы: они в нашем климате плохо хранятся, а бисер остался. Это не вся коллекция – часть уже уехала в Дудинку, и там эту обувь хозяйки носят — ходят в них на работу, — говорит Евгений.

Они с Юлей считают, что такие вещи и есть сохранение культуры через развитие. Нельзя ее законсервировать и просто шить те же унтайки и парки, что сто лет назад, по тем же выкройкам. Этноодежда может быть модной и служить каждый день.

 Вот в этих долганочках по Хатанге ходит девочка Настя, — показывает еще одну модель Юлия. — Здесь бисер ее бабушки, работать с таким материалом для дизайнера – счастье… И сами девочки это очень любят, у нас уже очередь, но рук не хватает.

Парки [традиционная длинная шуба из ровдуги, украшенная бисером и меховыми вставками. – Ред.] надевают только на День оленевода, а так все ходят в китайских пуховиках. Но это оказалось действительно удобно. Значит, надо сделать долганские или сибирские, хакасские пуховики – чтобы это было про нас, про сибиряков, и тогда это ни за что не исчезнет, — рассуждает Евгений. — Потому что каждый будет надевать и говорить: «Это мое, это про меня».

У них с Юлей задумана целая серия долганской модной одежды. Даже подготовлены эскизы. И, похоже, их мысли созвучны землякам, потому что на Таймыре высоко ценят то, что делают художники для популяризации и сохранения традиций, – в каждый приезд встречают, как национальных героев.

Фотографии из архива Юлии и Евгения Поротовых

Досье

Евгений и Юлия Поротовы, лишь некоторые награды и выставки:

Победители ежегодного краевого конкурса «Книга года – 2021» номинация «Лучшая art-книга» за книгу долганских сказок на долганском и русском языках «Под созвездием Большой медведицы».

2021 г. Победители XXVIII Международного конкурса дизайнеров обуви и аксессуаров «Shoes-Style 2021». Коллекция «Ветер странствий» категория «обувь и аксессуары» РГУ им. А. Н. Косыгина. Россия. Москва.

2019 г. Государственная премия Красноярского края в области культуры. «За личный вклад в сохранение и развитие культуры Красноярского края».

2019 г. Победители Международного on-line конкурса «Войлочное вдохновение». Первое место в категории «Мастер года Предметы интерьера» Россия. Санкт-Петербург.

2019 г. Международная триеннале современного искусства «Арктический хронотоп – 2018» Республика Саха(Якутия). Россия. Якутск. Победители в категории «Декоративная живопись», «Мастер-профессионал».

 2018 г. Шестое издание конкурса Illustraciencia. Международной премии за научные и натуралистические иллюстрации Национального музея естественных наук (MNCN-CSIC) и Каталонской ассоциации научного общения (ACCC). Испания. Барселона. Победители.

2015 г. Четвертый Международный конкурс OECABF-2015. Лондон. Англия. Шорт-лист.

2015 г. Первый открытый международный конкурс «Тигриная история» г. Владивосток. Победители.

Читать все новости

Реплики


Видео

Фоторепортажи

Также по теме

Вернуть потраченное
В связи с непростой экономической ситуацией можно отложить много различных трат, но ни лечение в клиниках, ни прием необходимых лекарств
2 июля 2022
МИР Сибири: как доехать, где жить, что смотреть
В сотрудничестве с дирекцией фестиваля gnkk.ru разработал путеводитель по фестивалю. Читайте и приезжайте в Шушенское хорошо подготовленными к четырехдневному релаксу.
Молоко по новым технологиям
О молочно-товарной ферме в Ильичево мне сказали: «Такое не пропустите!» И действительно – на поле, которое в 2017 году еще