Кризис справедливости <div align="left">Как медсестра искала защиты от тех, кто должен защищать…</div>

Кризис справедливости <div align="left">Как медсестра искала защиты от тех, кто должен защищать…</div>

«Я не власть имущая, не денежный человек, а просто рядовая труженица, медсестра. До сих пор работаю. Осталась без мужа, он погиб, подняла троих сыновей. Все нормальные люди – не пьяницы, не наркоманы. Но случилась беда. На встрече населения с вами в Байките я ее озвучила. 1 год 9 месяцев милиция, а затем полиция доказывали свою непричастность к нашему горю – из-за избиения мой сын остался без глаза. А потом дело сдвинулось благодаря работникам аппарата уполномоченного по правам человека Марку Денисову и Игорю Лапину. А вы держали наше дело на контроле. Низкий вам поклон! Вы отец, и вам понятны родительские переживания за благополучие детей».

Такое письмо пришло губернатору Красноярского края Льву Кузнецову от Веры Александровны Бахтиной из эвенкийского села Байкит. История, о которой пишет женщина, произошла в октябре 2011 года. Почти два года семья Бахтиных искала справедливости. Точку в деле поставил Красноярский краевой суд. 9 июля 2013 года он оставил в силе решение суда первой инстанции, который вынес обвинительный приговор в отношении бывшего милиционера села Байкит Дмитрия Городилова.

Кто в отдел попадет, тому глаз вон

Вера Александровна до сих пор не может без слез вспоминать о трагедии двухлетней давности. Вечером 4 октября 2011 года ее сын Сергей пошел встречать с работы свою подругу, по дороге увидел коллегу. Молодые люди решили отметить встречу – немного выпили, шли по улице и громко разговаривали. Путь их пролегал мимо отдела милиции. Как считает мать, именно за громкий голос да легкую нетрезвость ее сына и забрали правоохранители.

– Он не любитель выпивки, – уверяет Вера Александровна. – У меня трое ребят, и никто не пьет. Я потом спрашивала у свидетелей: мог ли мой сын что-то нехорошее сказать про милиционеров и этим разозлить их? Говорят: нет.

Сергея определили в камеру, а он все просил: «Отпустите меня, я вам штраф заплачу, ведь я ничего не сделал». Сильно просился, говорит мать, в дверь стучал и стены камеры – так ему домой хотелось. Один из работников милиции пошел успокоить буяна. Зашел в административную камеру и ударил. Сергей осел на корточки, а милиционер с размаху пнул задержанного в лицо.

Сын мне рассказывал, что у него чувство такое было, что глаз в руке оказался, – рассказывает Вера Бахтина. – Он говорит милиционеру: «Вы же мне глаз выбили!» Тот позвал дежурного офицера, руки сыну заломили за спину, заглянули в лицо. И, видимо, поняли, что натворили.

Сергея тут же отпустили из милиции. Домой он пришел в шесть часов утра.

Вера Александровна – медсестра с многолетним стажем – сразу оценила ситуацию: уложила сына в постель, дала ему успокаивающее и обезболивающее. А сама начала звонить в местное отделение милиции – что произошло? И здесь ей выдали первую версию случившегося. Правоохранители рассказали, что Сергей шел домой, упал и выбил себе глаз. Второй звонок в отделение принес новую информацию о происшествии: якобы Сергей решил совершить в камере суицид и бился головой об стену.

Впоследствии женщина и ее сын услышали множество других версий получения травмы (например, что Сергей в нетрезвом виде сел за руль машины, перевернулся и выбил глаз сучком дерева, хотя автомобиля у Бахтиных отродясь не было).

– У нас в Байките окулиста нет, я купила билеты на самолет и повезла сына в Красноярск, в глазной центр, – продолжает Вера Александровна. – Спасти глаз ему не удалось.

Один в поле не воин

Сергею сделали несколько операций. В очередной свой приезд в краевой центр женщина пришла в отдел собственной безопасности милиции (полицией она стала позже), а затем – на прием к уполномоченному по правам человека. К тому времени из местной прокуратуры пострадавшему пришла бумага о том, что в возбуждении уголовного дела отказано, и мать поняла: в одиночку ей не добиться справедливости.

– Я пришла и сказала: «Помогите», – вспоминает Вера Бахтина. – И уполномоченный тут же отозвался, отнесся ко мне по-человечески. Главный специалист аппарата уполномоченного по правам человека Игорь Борисович Лапин постоянно был со мной на связи, даже в Байкит приезжал, чтобы узнать, как идут дела.

– Следственный комитет с третьей попытки возбудил уголовное дело, – говорит Игорь Лапин. – Мать пострадавшего утверждала, что на свидетельницу оказывается давление.

Свидетельница ночного происшествия в отделении милиции действительно была. Женщина из числа малочисленных народов Севера сильно злоупотребляет спиртными напитками, и ее частенько доставляют в отдел. В ту ночь она сидела в другой камере, но через решетку видела, как запирали Сергея и как к нему вошел милиционер.

– Пока шло расследование дела, свидетельнице постоянно угрожали, – рассказывает Вера Александровна. – Однажды к эвенке зашел высокий русский мужчина, ударил ее и сказал: «Покажешь против милиции – тебе не жить».

Когда в Байкит приехал губернатор Красноярского края, Вера Бахтина на общем сходе рассказала ему о своей проблеме – мол, сложно добиться справедливости. Лев Кузнецов дал поручение выяснить ситуацию, а потом ответил матери: «Ваше дело на моем контроле».

– И проконтролировал, сдержал слово, – говорит женщина.

Хорошие люди

Пока мать искала справедливости, милиционер, избивший ее сына, продолжал работать в местном отделении.

– Я тогда пошла к начальнику милиции – Игорю Федорову (я его всегда так уважала) и спрашиваю: «Почему Дмитрий Городилов (именно он выбил Сергею глаз) работает?» – говорит Вера Бахтина. – А он ответил: «Если докажут его вину, уволим».

Тогда мать не знала, что уважаемый ею Игорь Федоров умышленно прикрывал криминального сотрудника. Только на суде выяснилось: руководитель Байкитского отдела милиции в ту же ночь узнал о преступлении. Осмотрев потерпевшего, дежурный офицер позвонил начальнику и спросил, что делать. Федоров дал приказ отпустить Сергея и скрыть факт избиения.

Позже, как комментировал начальник отдела МВД России по Эвенкийскому району Евгений Сизиков, «в ходе сбора информации», милиционер уволился сам. А руководитель Байкитского отдела Игорь Федоров «по итогам годовой работы» понижен в должности до участкового. В январе 2013 года он скончался. Молодой мужчина поехал в командировку, и там у него оторвался тромб.

– Наверное, переживал сильно, – предполагает Вера Бахтина. – По сути он хороший человек.

Вера Александровна по-доброму относится ко всем участникам этой неприглядной истории. Даже про Дмитрия Городилова, который лишил ее сына глаза, говорит: жалко его – молодой парень, у него жена и сын. Просто воспитан был так. Мать Дмитрия в соседнем поселке работает в администрации, относится ко всем свысока.

– Мы не кровожадные, – говорит мать. – Ну, пришел бы Городилов к нам, попросил прощения, пообещал помочь в лечении. А так нам пришлось квартиру Сергея продать, чтобы лечить его и протез купить. Сейчас искусственный глаз менять необходимо – опять деньги. Мне 68 лет, а я продолжаю работать, чтобы поддержать сына.

Суд по делу об избиении в милиции длился больше года. За все это время Сергею пришлось пройти массу экспертиз, два раза за свой счет ездить в Красноярск, чтобы исследоваться на детекторе лжи (его обидчик от этого испытания отказался). Параллельно необходимо было лечиться. Из-за сильного удара по голове возникла черепно-мозговая травма, которая до сих пор требует наблюдения у невролога.

– Из-за того происшествия Сережа не может устроиться на работу – он массажист и зубной техник, – рассказывает мама. – В Байките и так-то с работой плохо, а кто его возьмет с одним глазом и постоянными отлучками на лечение?

Появился прецедент

Дмитрия Городилова суд приговорил к четырем годам лишения свободы.

– Все решено правильно, – считает Вера Бахтина. – Но без помощи Льва Кузнецова, Марка Денисова и Игоря Лапина мы не смогли бы добиться справедливости. Низкий им поклон! Они поистине защитники прав простого человека и достойны награды.

Как рассказывает женщина, в Байките впервые удалось доказать виновность работников правоохранительных органов в увечье человека. Хотя случаев превышения милицией полномочий было предостаточно.

Комментарий

Марк ДЕНИСОВ

уполномоченный по правам человека в Красноярском крае

– Из всех обращений к уполномоченному 7 % связано с ситуациями, когда у человека возникли проблемы при контакте с полицией. В год это 2,5–3 тысячи человек. Число это очень медленно снижается. Жалобы разные – превышение мер необходимого физического и психического воздействия со стороны сотрудников правоохранительных органов на человека или отсутствие ответа, реакции на просьбы населения. Вместе с тем возникают и такие ситуации, когда человек использует ресурс уполномоченного, чтобы склонить чашу весов в свою пользу на стадии предварительного следствия, чтобы надавить на сотрудников полиции.

Жалобы часто обоснованные, но труднодоказуемые. Ведь, как правило, контакт между гражданином и полицейским происходит не публично, свидетелей мало, и восстановить происходящее сложно. А сотрудники полиции трактуют произошедшее иначе, чем говорит пострадавший. В практике работы аппарата уполномоченных это одни из самых сложных дел.

Врезка:

По данным прокуратуры Красноярского края, поток жалоб на действия правоохранителей не снижается. За 9 месяцев 2013 года поступило более 5 тысяч жалоб на действия и бездействие полиции, 10 % из них удовлетворены.

Читать все новости

Реплики


Видео

Фоторепортажи

Также по теме

27 июня 2022
Одеяло из Сибири
На подушках какого производителя вы спите? А укрываетесь одеялом, привезенным из какой страны? В какое белье одеваете свою кровать? У
26 июня 2022
Фигаро здесь, Фигаро там!
На этой неделе вся Сибирь гуляет на свадьбе. «Свадьбе Фигаро» Моцарта в исполнении студентов и оперных солистов трех регионов, объединившихся
25 июня 2022
Цена одного поражения
Красноярские регбистки второй год подряд стали вице-чемпионками России. Речь идет о полноценной версии игры – регби-15.  В ноябре на 1